30. Управление. Суды. Казни. Атрибуты власти

Документы сами по себе не составляют доказательства, достаточного для решения тяжбы: правильность и законность самих документов должны быть подтверждены свидетельскими показаниями.
Срока давности для вчинания тяжбы не полагается.

деяния властителейследственные действиясудыУПКпроцессуальный кодекснравы обществарелигияобразованиекультураисторияподлоги историиюриспруденцияинтересные фактыобщество

Источник: [19.14]

И государство сдѣлало уступку. Судъ надъ духовными лицами по гражданскимъ и даже по уголовнымъ дѣламъ былъ возвращенъ соборомъ 1667 года духовенству. Соборъ 1675 г. упразднилъ и самый монастырскій приказъ.

деяния властителейследственные действиясудыУПКпроцессуальный кодекснравы обществарелигияобразованиекультураисторияподлоги историиюриспруденцияинтересные фактыобщество

Источник: [19.152]

Империя. Белоруссия. Вильно (теперь Вильнюс).
№ 11 (суббота, марта 18-го), Прибавленiе к офицiальной части

Эмиссаръ революцiонной пропаганды Симонъ Конарскiй, уроженецъ Царства Польскаго Августовской губернiи, изъ дворянъ, 31 года… для распространенiя революцiонной пропаганды… устроилъ тайную Типографiю… успѣлъ учредить тайныя Демократическiя общества в Губернiяхъ: Волынской, Подольской, Кiевской, въ Вильнѣ и частiю въ губернiяхъ Минской и Гродненской: вовлекъ въ заговоръ юношество въ Университетѣ Св. Владимiра и в Виленской Медико-Хирургической Академiи. — Не ограничиваясь симъ, написалъ возванiе къ женскому полу, приглашая дѣйствовать въ духѣ его…

Военный Судъ… приговорилъ: Эмиссара Симона Конаровскаго, как главнаго злоумышленника, имѣишаго цѣлiю произведенiе бунта и вовлекшаго другихъ въ столь преступныя дѣйствiя, — причислить къ первому разряду Государственныхъ преступниковъ, разстрѣлять, а имѣнiе, какое можетъ у него оказаться, подвергнуть конфискацiи.
Приговоръ сей по состоявшейся конфирмацiи, приведенъ въ исполненiе въ Вильнѣ 15 Февраля.

Вице-Губернаторъ Князь Трубецкой

Симон Конарскийбунтинакомыслиедемократияреволюциядеяния властителейследственные действиясудыУПКпроцессуальный кодекснравы обществарелигияобразованиекультураисторияподлоги историиюриспруденцияинтересные фактыобщество

Источник: [19.167]

Монастырские тюрьмы в борьбе с сектанством (К вопросу о веротерпимости)

С 1835 года ссылать в монастыри можно было не иначе, как только по Высочайшему повелению. Такое распоряжение, как можно думать, явилось результатом ревизии Соловецкого острога, произведенной в том году по Высочайшему повелению, вследствие обнаружившихся в этом остроге беспорядков (Беспорядки эти, между прочим, выразились в том, что содержавшийся в Соловецкой монастырской тюрьме — секретный арестант поручик Горожанский, несомненно, душевнобольной, зарезал ножом часового солдата Скворцова.).

Ревизия, между прочим, обнаружила, что из 50-ти человек арестантов, которые сидели в этом, остроге, 41 человек были сосланы туда по Высочайшему повелению, а остальные 9 человек — разными правительственными учреждениями: Святейшим Синодом, Комитетом Министров, Сенатом, Главным штабом и, наконец, один из арестантов — «Лев Павлов — за старообрядчество» — прислана «по секретному отношению Архангельского губернского правления».
Каким образом более чем скромное Архангельское губернское правление попало в число высших государственных учреждений, которые располагали если не de jure, то defacto правом заточать людей в монастыри — остается совершенно неизвестным…

Как в прежнее далекое от нас время, так и теперь в наши дни при ссылке и заточении в монастыри совсем не указывается срока, на который то или другое лицо подвергается этому наказанию. В указах и постановлениях, при которых ссылаются в монастыри эти лица, обыкновенно предписывается только содержать их в тюрьме «впредь до раскаяния» или же «впредь до исправления», иногда же просто — «для смирения», без всякого указания срока. Эта бессрочность ссылки и тюремного заключения всего более, конечно, отягчает и без того высшей степени печальное положение монастырских узников и ссыльных.

историяобществорелигияпенитенциарная_систематюрьмы_Россиимонастырские_тюрьмыобраз жизниверотерпимостьидеология

Источник: [20.177]

Заплатить за участие в коронации. Перед трагедией Ходынки

Со стороны заводской администрации были допущены (в 1896 году — А.Г.) бестактности, возымевшие серьезные последствия. Все фабрики были закрыты — что было естественно — на три дня коронационных торжеств (14–16 мая); но платить фабриканты хотели только за один день. В течение недели шли переговоры; работы продолжались.

23 мая рабочие на Российской бумагопрядильной мануфактуре явились в контору и потребовали уплаты за коронационные дни; но хотя это требование было выполнено, они предъявили и другие условия, в том числе сокращение рабочего времени, и, не получив ответа, забастовали. Движение тотчас же перекинулось на другие мануфактуры, и в течение какой-нибудь недели стали все текстильные предприятия в Санкт Петербурге под общим лозунгом сокращения рабочего дня на 2½ часа. (В 90 х гг. рабочее время было везде — не только в России — значительно дольше, чем теперь. В Санкт Петербурге оно достигало 13 часов — с 6 до 8 часов с часовым перерывом; рабочие требовали 10½ часа — с 7 до 7 часов с полуторачасовым перерывом.)

Число бастующих, по официальным сведениям, достигло около 15 000 человек (сами они утверждали, что их вдвое больше). Почти с самого начала деятельное участие в забастовке принял Союз борьбы за освобождение рабочего класса, издавший за месяц 25 различных листовок, которые распространялись и на других заводах — даже в Москве.

экономиказабастовки_пред_коронациейрабочий_день-XIX

Источник: [21.186]

(Иван III) нарушил древний закон республики, в силу которого «никто из граждан никогда не может быть подвергнут суду или наказанию за пределами ее территории».
С той поры он стал верховным арбитром…

«Никогда, — говорят летописцы, — никогда еще со времен Рюрика не бывало подобного случая. Никогда еще великие князья киевские и владимирские не видели, чтобы новгородцы приходили к ним и подчинялись им, как своим судьям. Лишь Иван сумел довести Новгород до сего унижения».
Семь лет потратил Иван на то, чтобы разложить республику с помощью своей судебной власти³⁶. Когда же он счел, что силы Новгорода истощились, то решил, что настало время заявить о себе. Чтобы сбросить личину умеренности, ему нужно было, чтобы Новгород сам нарушил мир. Поэтому если раньше он прикидывался спокойным и терпеливым, то теперь разыграл внезапный взрыв ярости. Подкупив посла республики³⁷, чтобы тот на публичной аудиенции величал его государем, Иван немедленно потребовал всех прав самодержца, то есть самоупразднения республики. Как он и предвидел, Новгород ответил на это посягательство восстанием, избиением знати и тем, что передался Литве. Тогда этот московитский современник Макиавелли, приняв вид оскорбленной добродетели, стал жаловаться:

«Новгородцы сами добивались того, чтобы он стал их государем; а когда, уступая их желаниям, он, наконец, принял на себя этот титул, они отреклись от него и имели дерзость объявить его лжецом перед лицом всей России; они осмелились пролить кровь своих соотечественников, остававшихся ему верными, и предать бога и священную русскую землю, призвав в ее пределы чужую религию и иноземного владыку».

Германия–Россия_XIXистория_русофобииМаркс_о_Россииобществоидеологияполитикафейк_история

Источник: [19.242]

Так что для борьбы с правительством пробованы были два средства, — оба неудачные, и остается теперь испытать третье, которое еще не пробовано и которое, по моему мнению, не может не быть успешно. Средство это, коротко выраженное, состоит в том, чтобы всем просвещенным и честным людям стараться быть как можно лучше, и даже лучше не во всех отношениях, а только в одном, именно соблюсти одну из своих элементарных добродетелей — быть честным, не лгать, а поступать и говорить так, чтобы мотивы, по которым поступаешь, были понятны любящему тебя твоему семилетнему сыну; поступать так, чтобы сын этот не сказал: «а зачем же ты, папаша, говорил тогда то, а теперь делаешь или говоришь совсем другое?». Средство это кажется очень слабым, а между тем я убежден, что только одно это средство двигало человечество с тех пор, как оно существует.

запрещённая_литературанеизвестный_Толстойцарская_цензураидеологиярелигияобществонравственные_преступления

Источник: [19.247]

Из Петропавловской крепости в казематы Шлиссельбурга

Теперь, 12 октября 1884 года, ворвавшись в камеру, когда я была ещё в постели, он со злостью поставил на пол пару громадных валенок, а на кровать бросил нагольный полушубок и сердито прошипел:
— Вставайте! Скорее вставайте! Да теплее одевайтесь!..

Но вот карета остановилась; мы вышли. Передо мной были маленькие сходни и пароход… Не в Шлиссельбург ли? В Петропавловской крепости я прочла в книге, что там для народовольцев выстроена тюрьма на 40 человек…

Доктор садится за стол ко мне спиной, а женщина начинает меня раздевать. Несколько минут — и я стою голая. Было ли мне больно? Нет… Было ли мне стыдно? Нет…

Два этажа тюремного здания не разделены ничем, кроме сетки и узкого бордюра, который в виде балкона проходит вдоль ряда камер верхнего этажа. Благодаря такому устройству вся внутренность тюрьмы, все сорок железных дверей камер видны сразу.

Верёвочная сетка в середине пересекается узким мостиком, который упирается в камеру № 26. «Мост вздохов», — подумала я, когда меня повели по нему. Я вспомнила дворец венецианских дожей, где мост с этим названием был единственной дорогой, по которой венецианские крамольники шли из казематов на плаху.

По шлиссельбургскому «мосту вздохов» я проходила ежедневно много-много лет: меня заперли в № 26. Дверь захлопнулась, и в изнеможении я опустилась на койку…

Но чаще всего видишь пытку. Пытают горячим паром, который вылетает из сотен тонких трубочек в стене, в потолке, в полу: он жжёт, он бьёт… он ужасен, от него спасения нет — камера заперта… в ней пусто, совсем пусто… в ней только горячие струйки везде и всюду.
Пытают электричеством. Ты сидишь на деревянном кресле, какие были в кордегардии, и встать не можешь, и через тебя кто-то невидимый пропускает ток. Раз… раз… ты просыпаешься…
Нервы рук на всем протяжении дребезжат, или судорога сжала мускулы ноги в один твёрдый, как железо, комок.
В душе лишь одно здоровое место, и оно твердит: мужайся, Вера, и крепись; вспомни весь народ русский, как он живёт; вспомни всех обездоленных мира; вспомни подавляющий труд, жизнь без света радости; вспомни унижение, голод, болезнь и нищету!..

Из всех людей остались лишь жандармы, для нас глухие, как статуи, с лицами неподвижными, как маски.
И жизнь текла без впечатлений, без встреч.
Часов не было*, но была смена наружного караула: тяжелыми, мерными шагами он огибал тюремное здание и направлялся к высокой стене, на которой стояли часовые.

*Позже Вера Фигнер писала: «У меня сказано — «часов не было». На это Новорусский заметил мне, а другие товарищи подтвердили, что на крепостном дворе солдаты ходили звонить на колокольню. Но я не слыхала: первые годы жандармы открывали нам форточку только во время прогулки, а моя камера находилась на стороне, противоположной церкви.« — прим. А.Г.

Камера, вначале белая, внизу краплёная, скоро превратилась в мрачный ящик: асфальтовый пол выкрасили черной масляной краской; стены вверху — в серый, {12} внизу почти до высоты человеческого роста — в густой, почти черный цвет свинца.
Каждый, войдя в такую перекрашенную камеру, мысленно произносил: «Это гроб!»

Самые имена наши предавались забвению: вместо фамилий нас обозначили номерами, как казённые вещи или бумаги; мы стали номерами 11, 4, 32-м…

Неизвестна была местность, окружающая нас, — мы не видали её. Неизвестно здание, в котором нас поселили, — мы не могли обойти и осмотреть его. Неизвестны узники, находящиеся тут же, рядом, соединённые под одной кровлей, но разъединённые толстыми каменными стенами.

В Шлиссельбург привозили не для того, чтоб жить.

Россия-XIXтеррор_народовольцевШлиссельбургская_крепостьвоспоминания_Веры_Фигнер

Источник: [20.229]

Процесс Веры Засулич

В 1878 году возник процесс по обвинению Веры Засулич в покушении на жизнь петербургского градоначальника генерал-адъютанта Трепова.
Процесс Веры Засулич занимает выдающееся место в истории судебных процессов по тому огромному общественному вниманию, которое он к себе привлёк. Имя обвиняемой мы встречаем среди узников не только «Дома предварительного заключения в Петербурге», но и Петропавловской крепости, в которой она содержалась в самом начале 70-х годов по обвинению в политической пропаганде.

От политической пропаганды она обратилась к террору после того, как по приказу генерал-адъютанта Трепова был наказан розгами студент Боголюбов, содержавшийся в Доме предварительного заключения. При посещении этой тюрьмы градоначальник застал политических заключённых, и в том числе Боголюбова, на тюремном дворе, где они совершали свою обычную прогулку. Боголюбов был осуждён к каторжным работам по делу демонстрации перед Казанским собором, но приговор ещё не был обращён к исполнению.
Вера Ивановна Засулич (1849–1919)

Градоначальник ударом кулака сбил фуражку с головы Боголюбова и приказал заключить его в карцер. Эти действия Трепова вызвали взрыв негодования среди заключённых и привели к бурному протесту, когда Боголюбов в тот же день был подвергнут наказанию розгами. Это распоряжение Трепова было сделано с ведома министра юстиции.

Негодование охватило широкие круги русской общественности. Выразительницей этого негодования и явилась Вера Засулич. Она выстрелом из револьвера ранила Трепова на приёме у него. Засулич рассказала в своих воспоминаниях, что после выстрела она была сброшена на пол ударами и в числе избивавших её находился бывший начальник Дома предварительного заключения, назначенный к этому времени на службу к Трепову.
Поступок Веры Засулич вызвал чувство нравственного удовлетворения в кругах русской общественности и чувство озлобления в кругах высшей бюрократии…

Архивное дело, из которого приведены эти сведения о заседании Сената, содержит в себе ряд других интересных сведений, оставшихся неизвестными до настоящего времени. Они показывают, какое огромное впечатление в России произвело покушение Веры Засулич. В деле имеется значительное количество анонимных писем, доставленных в III отделение и самому царю, от которого они были пересланы также в III отделение. В большинстве писем их анонимные авторы шлют проклятье не только Трепову, но и шефу жандармов Мезенцову, министру юстиции Палену, сенатору Петерсу, председательствовавшему по процессу 193-х. Но были письма и другого содержания. В них выражалось негодование по случаю оправдания Веры Засулич. Автор одного из таких писем, также не назвавший своей фамилии, заявил, что он был в числе двенадцати присяжных заседателей по процессу Веры Засулич. Едва ли это соответствовало действительности…

Негодование реакционеров оправданием Веры Засулич достигало такой степени, что они в своих анонимных письмах обвиняли не только Кони, но и требовали виселицы для такого реакционера, как министр юстиции граф Пален…

Отмена оправдательного приговора, удовлетворявшая реакционные круги русского общества, произошла тогда, когда Вера Засулич уже была в Швейцарии. Царь решил не требовать от швейцарского правительства выдачи обвиняемой и приказал ограничиться её вызовом в суд. Конечно, нового рассмотрения дела Веры Засулич не произошло. Также несомненно, что не в интересах правительства было сосредоточивать общественное внимание на этом факте борьбы царизма с революционным движением в России.

Оправдание присяжными заседателями Веры Засулич показало правительству, что на присяжных заседателей царизм в таких делах не может рассчитывать с полной уверенностью. В результате этого правительство сделало для себя вывод и стало передавать такие дела более надёжным судьям-чиновникам — в первую очередь военным судам. Здесь оно не ошиблось, и приговоры военных судов его вполне удовлетворяли.

хамство_градоначальникадело_Засуличупразднение_суда_присяжных

Источник: [20.227]
Комментарии

Приговорённые к тюремному заключению крестьяне и мещане могли быть используемы на общественных или других работах. Но эта же статья объявляла, что лица всех прочих состояний могут заниматься работами лишь по их собственному желанию. Даже при наказании наиболее лёгким видом лишения свободы — кратковременным арестом — дворяне и чиновники находились в исключительном положении: суд мог назначить им отбывание этого ареста в их собственных домах или при местах службы.
Таким образом, составители Уложения 1845 года провели классовую линию в борьбе с преступностью ещё ярче, чем это было в предшествовавшем законодательстве.

Уложение 1845 года содержит 2224 статьи, из которых 181 статья относится к общей части, а 2043 статьи — к особенной части. Из этих 2043 статей очень значительное число, а именно 848 статей, содержат в своих санкциях тот или иной вид лишения свободы: исправительно-арестантские роты упомянуты в 327 статьях, арест — в 304 статьях, тюрьма — в 249, смирительный дом — в 146, рабочий дом — в 126, крепость — в 84, монастырь — в 6 и в одной статье упомянуто «содержание под стражей». Такие виды лишения свободы, как ссылка в каторжные работы, на поселение и на житье, в наш подсчёт не вошли.
Таким образом, в 848 статьях интересующие нас виды лишения свободы упомянуты 1253 раза (при этом, если какая-либо статья упоминала наказание, например исправительными арестантскими ротами, более одного раза, в зависимости от тяжести данного преступления, мы включали её в этот подсчёт лишь один раз).

Нами составлен на основании этих записок перечень тех заключённых, которые «удостоились чести» быть допрошенными самим царём или его генералами в Зимнем дворце и оттуда были отправлены в Петропавловскую крепость с собственноручными повелениями императора. Список этот, охватывающий период с 11 час. ночи 14 декабря 1825 г., когда был доставлен первым Рылеев, до 3 час. 22 февраля 1826 г., содержит в себе 156 фамилии. Однако деятельность царя на поприще следователя в процессе декабристов отнюдь не исчерпывается этой крупной цифрой… Самым интенсивным периодом следственной деятельности Николая I были дни, ближайшие к 14 декабря. Редкий из этих дней проходил без отправки новых заключённых в Петропавловскую крепость.

Нельзя сказать, что следственно-розыскная работа в данном случае производилась в установленные рабочие часы. Наоборот, часы царских допросов были большей частью совсем не общепринятые и не урочные. По нашим подсчётам, только от 5 до 6 час. утра и в 6 час. вечера не поступали заключённые после их допросов в Петропавловскую крепость. В ночное время, от 11 час. вечера до 4 час. ночи, в Петропавловскую крепость были водворены 29 декабристов; в вечерние часы, от 7 до 10, были доставлены туда с царскими записками 57 человек; в утренние часы, от 7 до 11, — 9 декабристов и днём, между 12 и 5 час., — 61 человек. Перед арестованными, присылавшимися из дворца, двери казематов открывались во всякое время дня и ночи.

При таком обилии мест заключения декабристов в крепости не могло быть единообразия типа заточения. У одних заключённых камеры были довольно обширны, даже в два окна, но у большинства — очень небольшие. Зубков определил размеры своей камеры в какой-то куртине в 6 шагов длины и 5 ширины, Беляев, называя свою камеру гробом, указал один размер — в 4 шага. Якушкин в Алексеевском равелине — 6 шагов длины и 4 ширины. Один из братьев Бестужевых, вспоминая, что комендант крепости Сукин «похоронил его» в одном из гробов Алексеевского равелина, определил размеры камеры в 8 шагов длины и 6 ширины и назвал её «довольно пространной». У Капниста была камера в два окна. Наиболее значительные размеры камер встретились в воспоминаниях Н. П. Крюкова, заключённого в Трубецком бастионе: камера его имела 12 шагов в длину и 6 в ширину. В клетках, устроенных в гарнизонных казармах, можно было сделать по диагонали три-четыре шага. В камере Трубецкого в Кронверкской куртине было 5 шагов в длину и 3 в ширину.
Но у всех этих разнообразных мест заключения в различных куртинах, бастионах и равелинах С.-Петербургской крепости были одни и те же общие черты: невероятная сырость и недостаток света, доходивший до мрака.

Заключённые были сведены из казематов в дом коменданта. Встреча была для них неожиданна: они обнимались, целовались, спрашивая, что это значит. Когда узнали, что будет объявлен приговор, то спрашивали: «Как, разве нас судили?» Ответ был: «Уже судили». Осужденных разместили по разрядам приговора в отдельные комнаты, откуда их группами вводили в зал для выслушивания приговора и его конфирмации. Из зала их выводили через другие двери в казематы. Авторы воспоминаний отмечают, что при выходе из зала в комнате находились священник, лекарь и два цирюльника с препаратами для кровопускания на случай необходимости врачебной помощи осужденным. Но она не потребовалась: приговорённые мужественно встретили приговор, который читал им обер-секретарь, а судьи в это время рассматривали, их через лорнеты.
После объявления приговора до момента его исполнения протекло несколько часов. В самый день объявления осужденным приговора сестра приговорённого к казни С. И. Муравьева-Апостола обратилась к царю с просьбой разрешить ей свидание с братом перед казнью, а после казни выдать ей его тело для погребения. Царь разрешил это свидание, отказав в выдаче трупа.

тюрьмы_Россиинаказаниясудызаключённыецарь-«Палкин»подавление_инакомыслиякамеры-«гробы»

Источник: [20.226]