▲ Наверх


Встарь, или Как жили люди


Гравюра
Искать: статьи комментарии автора источники

Встарь → Разделы и темы → Кадры чиностояний: полезные, не очень и вредные → Властители → Славяне и российские этносы (XVI век)

80. Кадры чиностояний: полезные, не очень и вредные

80.1. Властители. Славяне и российские этносы (XVI век)

Василий III, Глинская, Князь Юрий, Фёдор Иоаннович, Иван IV

Статья № 1
Василий III, †1533

Исабель де Мадариага

Великий князь гордился своим происхождением из императорского рода; возможно, он знал греческий язык и был грамотен, то есть по русским стандартам был довольно культурным человеком...[21.14]

Герберштейн

Василий III, из [16.27]

Хотя после смерти Александра (Ягеллона, † авг. 1506 г. — Прим. ред.) у Василия не было никакого повода к войне с братом Александра Сигизмундом, королём польским и великим князем литовским, он, видя, что король склонен более к миру, чем к войне, и что литовцы тоже не желают сражаться, все же нашёл случай к войне. Он стал говорить, что сестра его, вдова Александра, отнюдь не встречает с их стороны подобающего ее сану обхождения (В 1512 году, с началом войны была заключена в Бершты — Прим. ред.); кроме того, он обвинил Сигизмунда в том, будто тот поднял против него татар. Поэтому он объявил войну и, подведя большие пушки, осадил Смоленск, хотя никак не мог взять его [16.27].

Пётр Петрей

И так этот великий князь Василий, больше всего озабоченный тем, как бы сделать обширнее свою землю, привел в крайне опасное положение и ее, и свой народ...

Точно так же, как великий князь бывал страшно жесток со своими друзьями и родными (мы уже рассказывали о его жестокости), он употреблял свои хитрые и коварные проделки с соседними королями и государями: с ними он никогда не держал своего честного слова, часто заключал мир и скреплял его клятвою, но потом, обнадежив их так, что они уже рассчитывали на постоянный мир и спокойствие, нападал на их землю и без всякой причины и честного предупреждения раздражал их и вводил в большие расходы.

Это был гордый, заносчивый человек, чрезвычайно лукавый и коварный, из пустого тщеславия принял титул гораздо пышнее, нежели когда-нибудь носили его предки, и называл себя по именам всех земель и княжеств, над которыми княжил.

коварный князь Московии

Источник: [20.26]

Статья № 2
Елена Глинская

Исабель де Мадариага

Елена Глинская

Елена Глинская родилась от брака литовского князя Василия Глинского с Анной — дочерью сербского воеводы Стефана Якшича...

[21.14]

Лицевой летописный свод Ивана Грозного

7045 (1545)
А до того, в 7042 лето от Адама (1542 лето от Христа) в январе, после кончины великого князя, не выезжая из Москвы в свою вотчину, после сорочин, бил челом князь Андрей великому князю Ивану Васильевичу всея Руси и его матери великой княгине Елене, а припрашивал к своей вотчине городов больше, чем по благословению отца своего и по духовной грамоте. И князь великий Иван Васильевич, и его мать великая княгиня Елена не придали ему городов к его отчине...

И князь Иван Овчина нагнал князя Андрея в Тюхоли, от Заяческого Яма верст с пять. И князь Андрей с князем Иваном на бой стал, людей своих вооружил и полки установил...

А князя Андрея князь великий Иван и его мать великая княгиня велели схватить и в палату посадить, и оковы на него наложить.
А княгиню князя Андрея, да и сына его князь великий и мать его великая княгиня велели посадить в городе под охраной на Берсеневе дворе.

А на бояр его, на князя Федора Дмитриевича Пронского да на князя Ивана Андреевича Пенинского Оболенского, да на дворецкого на князя Юрия Андреевича Меньшого Пенинского Оболенского, да на конюшего на князя Бориса Ивановича Палецкого, да на князей и на детей боярских, на тех, которые у него в избе были и его думу знали, на князя Юрия Андреевича Большого Пенинского Оболенского да на Ивана Умного, сына Ивана Лобанова Колычева, да на шурина князя Андрея, на князя Ивана Андреевича Хованского, князь великий и мать его великая княгиня опалу свою положили, велели их пытать, да и казнить торговой казнью.

Лицевой летописный свод Ивана IV Грозного. 7045 (1545): Елена Глинская добрейшей души человек
Лицевой летописный свод Ивана IV Грозного. 7045 (1545): Елена Глинская добрейшей души человек, http://oldpspb.ru/faksimilnye-izdaniya/
Лицевой летописный свод Ивана IV Грозного. 7045 (1545): Елена Глинская добрейшей души человек
Лицевой летописный свод Ивана IV Грозного. 7045 (1545): Елена Глинская добрейшей души человек, http://oldpspb.ru/faksimilnye-izdaniya/
Лицевой летописный свод Ивана IV Грозного. 7045 (1545): Елена Глинская добрейшей души человек
Лицевой летописный свод Ивана IV Грозного. 7045 (1545): Елена Глинская добрейшей души человек, http://oldpspb.ru/faksimilnye-izdaniya/
Лицевой летописный свод Ивана IV Грозного. 7045 (1545): Елена Глинская добрейшей души человек
Лицевой летописный свод Ивана IV Грозного. 7045 (1545): Елена Глинская добрейшей души человек, http://oldpspb.ru/faksimilnye-izdaniya/

Да, оковав, князь великий и мать его великая княгиня велели их в Наугольную башню посадить. И боярина его князя Федора в той тюрьме не стало.

А которые дети боярские, великого князя помещики новгородские, приехали в ту пору к князю Андрею, да и к Новгороду было с князем Андреем пошли, и тех детей боярских. Андрея Иванова, сына Пулкова, да Гаврила Владимирова, сына Колычевых с товарищами. 30 человек, князь великий и его мать великая княгиня велели бить кнутом на Москве.

Да, избив кнутом, велели князь великий и мать его великая княгиня тех детей боярских казнить смертной казнью, вешать по новгородской дороге, не вместе, а до Новгорода.
А князь Андрей Иванович в той тюрьме просидел с полгода и преставился.

[16.65]

казни родственниковбелоруска в Кремлемать Ивана Грозного

Источник: [16.65]

Статья № 3
Князь Юрий (брат Ивана IV)

Исабель де Мадариага

Юрий (брат Ивана IV — Прим. ред.) был глухонемым от рождения... но никто в то время не знал, как научить глухого ребёнка общаться.

Источник: [21.14]

Статья № 4
Фёдор Иоаннович

Джильс Флетчер, 1588–1589

Царь Федор Иванович

Теперешний царь (по имени Феодор Иванович), относительно своей наружности, росту малого, приземист и толстоват, телосложения слабого и склонен к водяной; нос у него ястребиный, поступь нетвердая от некоторой расслабленности в членах; он тяжёл и недеятелен, но всегда улыбается, так что почти смеется. Что касается до других свойств его, то он прост и слабоумен, но весьма любезен и хорош в обращении, тих, милостив, не имеет склонности к войне, мало способен к делам политическим и до крайности суеверен. Кроме того, что он молится дома, ходит он обыкновенно каждую неделю на богомолье в какой-нибудь из ближних монастырей. От роду ему 34 года или около того, а царствует он почти шесть лет...[16.4]

Жак Маржерет, 1600–1606

После его (Ивана IV) кончины власть унаследовал сказанный Фёдор, государь весьма простоватый, который часто забавлялся, звоня в колокола, или большую часть времени проводил в церкви.

сын царя Иванадаунёнок во властиначало реального правления Годунова

Источник: [17.22]

Статья № 5
Иван IV Васильевич

Джильс Флетчер, 1588–1589

Иван IV Грозный. Заимствовано: http://www.tonnel.ru/calendar/kniga/286423089_tonnel.gif

Иван Васильевич, отец теперешнего царя, часто гордился, что предки его не русские, как бы гнушаясь своим происхождением от русской крови. Это видно из слов его, сказанных одному англичанину, именно, его золотых дел мастеру. Отдавая слитки, для приготовления посуды, царь велел ему хорошенько смотреть за весом. «Русские мои все воры», — сказал он. Мастер, слыша это, взглянул на Царя и улыбнулся. Тогда Царь, человек весьма проницательного ума, приказал объявить ему, чему он смеётся. «Если Ваше Величество просите меня, — отвечал золотых дел мастер,-то я вам объясню. Ваше Величество изволили сказать, что русские все воры, а между тем забыли, что вы сами русский». «Я так и думал, — отвечал царь, — но ты ошибся: я не русский, предки мои германцы»...[16.4]

Самуэль Коллинз, 1658–1666

Иван Васильевич был любим народом, потому что с ним обходился хорошо, но жестоко поступал со своими Боярами... Когда жаловались на другого воеводу за то, что он в виде взятки принял гуся, наполненного червонцами, Царь, казалось, не обращал внимания на жалобу; но проходя однажды мимо Пожара, открытой площади, сходной с Смитфильдом, на которой обыкновенно бывают казни, он велел палачу отрубить этому воеводе руки и ноги и спрашивать при каждом ударе: «Вкусен гусь?»...

Он  очень желал жениться на королеве Елизавете и очень хорошо расположен был к Англичанам. Однажды, боясь заговора, он укрепил Вологду, перевез туда все свои сокровища и, как некоторые думают, хотел в случае крайности бежать в Англию...
Однажды послал он в Вологду за меховым колпаком и наложил на ее жителей пеню за то, что прислали этот колпак не в надлежащую меру...

Иван Васильевич велел одному Французскому посланнику пригвоздить шляпу к голове (тот её не снял в присутствии царя). Сир Иероним Баус, который вскоре после того приехал сюда в качестве нашего посланника, явился перед царём в шляпе; и когда он с гневом спросил у него, знает ли он, как наказан был французский посланник, Сир Иероним отвечал: «Тот посланник был представителем малодушного Французского Короля, а я посол непобедимой Королевы Английской, которая не обнажает головы ни перед одним государем и будет уметь отметить за обиду своего представителя». «Взгляните на него! — сказал Иван Васильевич своим Боярам. — Вот молодец! Он смело говорит и действует за свою государыню; кто же из вас для меня то сделает?»...[17.10]

Жак Маржерет, 1600–1606

Ходит слух, что старшего он убил своей собственной рукой, что произошло иначе, так как хотя он и ударил его концом жезла с насаженным четырехгранным стальным острием (этот жезл в форме посоха никто не смеет носить, кроме императора; этот жезл великие князья принимали некогда от крымских татар как знак вассальной присяги) и он был ранен ударом, но умер он не от этого, а некоторое время спустя, в путешествии на богомолье [17.22].

Антонис Хутеерис, 1615–1616

Мы слышали также рассказ о том, как тиран Иван Васильевич, великий князь московский, однажды отобрал жену у своего секретаря и надругался над ней; когда же секретарь выразил свою неприязнь нанесённым ему оскорблением тем, что его лицо было не слишком кротким и великий князь заметил это, решил он наказать его и приказал подвесить женщину за ногу над столом её мужа, и так она висела целых восемь дней, на протяжении которых ее муж должен был ежедневно принимать пищу за столом.

Один очень старый московит, который подтвердил нам истинность выше рассказанного, рассказал нам как об истинном происшествии, что Васильевич, когда он в 1569 г. был в Новгороде, приказал сбросить с Волховского моста 1700 именитых горожан и кроме того множество монахов и бедных людей, которых для того, чтобы доставить ему удовольствие, всех приказали безжалостно погубить, утопив.

Один честный купец, которого он также приказал бросить в реку с моста, и который будучи связанным был близок к тому, чтобы утонуть, он приказал вытащить из воды, и когда он пришел в себя (очнулся), спросил его, что интересного он видел на дне. Купец ответил, что он был в аду и там место и стул, приготовленный для него, Васильевича, когда он умрёт. От этого великий князь пришел в такую ярость, что приказал посадить купца в котёл с маслом и нагревать его постепенно до тех пор, пока он не сварится заживо.

В другой раз великий князь приказал посадить тогдашнего митрополита задом наперёд на лошадь, дал ему в руки дудочку, в которую он должен был дудеть, и послал его в таком виде с большим позором в путь на Москву. Портрет этого тирана Ивана Васильевича мы видели в резиденции господина Баса в Новгороде, и в связи с этим завели о нём разговор; однако картина не вырисовывалась. По такой жестокости можно легко понять, как много милосердия можно встретить у народа [17.24].

Якоб Ульфельд, 1578 (Александровская слобода)

Между тем во время чтения документов он (Иван IV) занимался совершенно другими делами, так что казалось, что он присутствует [здесь] лишь телом, а не душой: он подзывал к себе бояр, обращаясь то к одному, то к другому, посмеиваясь и разговаривая, и так провёл всё это время.
Тогда же недалеко от него находился Богдан Иванович Бельский (Ттак в оригинале, вместо Яковлевич — Прим. ред.), к которому он обращался с весёлым видом [и] со всей возможной приветливостью показывал ему свои перстни, весьма дорогие (ими у него были унизаны все пальцы и на правой, и на левой руке); вытягивая руки, он прикасался к золотым ножнам, спрятанным под накидкой и выставлял их на обозрение, проводя рукой по позолоченной портупее.

Устойчиво существует мнение, что Бельский был гей-партнёром царя.

С такими напутствиями нас отпустили, но прежде мы поблагодарили его (Царя Ивана — Прим. ред.) за оказанные нам милости и попросили его об освобождении пленных ливонцев из областей Эзель и Вик, на что он дал согласие (Но обещания не выполнил. И через 8 лет пленные оставались в заточении — Прим. ред.)[16.23].

Исаак Масса, †1635

Он (Иван IV Грозный — Прим. ред.) был более невоздержан, чем когда-либо Сарданапал или Гелиогабал, и полон вздорными причудами, по большей части соединенными с жестокостями...

Однажды летом сидел он наверху в своем дворце, смотря на Потешный двор, находившийся на той стороне реки Москвы, прямо против царского дома, и подозвал слугу и повелел ему тотчас призвать к нему всех дьяков и подьячих, которых в Москве много, что тотчас было исполнено, и когда все явились к нему, он приказал раздеть их донага и, призвав 10 или 12 конюхов с кнутами, попотчивать их этим позорным угощением и отпустил их восвояси, а сверх того они должны были бить ему челом и благодарить за великую милость; они еще не успели уйти, как явился еще один, который опоздал, и получил от царя яблоко, и ему было ведено уходить, и он, видя царскую милость, весьма благодарил царя и благополучно возвратился бы домой, но не сумел удержать язык и сказал: «О, государь, я и не заслужил того, что получили другие, ибо все предки мои честно служили царскому двору и никого из них никогда не секли, то бишь не били кнутом, и мне было бы чересчур горестно безвинно тому подвергнуться».

«Ого, — сказал тиран, — ты никогда еще не отведывал ударов кнута, так ты еще не сделался благородным, да и никто не может назваться придворным, ежели его не били кнутом», и повелел отпустить ему втрое больше ударов, чем тем, что были до него; вот что натворил его язык, не довольствовавшись яблоком.

[17.24]

Лицевой летописный свод Ивана Грозного

Лицевой летописный свод Ивана IV Грозного. 7038 (1538).  Рождение Ивана-4

7038 (1538)
И в 7038 лето от Адама (1538 лето от Христа)
Месяца августа в 25 день, на память святых апостолов Варфоломея и Тита, в седьмой час ночи родился у великого князя Василия Ивановича сын от великой княгини Елены Глинской, которому наречено было благодатное имя Иван в честь Иоанна Предтечи.

[16.65]

В. А. Кривошей

До 1492 г., а фактически и много позже, о каком-то влиянии Европы на создание и развитие государственности Руси и речи быть не могло... То, что Иван Калита вокруг Москвы собирал Русь, мы, благодаря историкам, помним, а то, что Иван Грозный вокруг Руси начал собирать Монгольскую империю (Казанское, Астраханское, Сибирское царства и т. д.), мы, благодаря историкам, не помним, а вслед за Европой просто-напросто считаем его тираном. Конечно, строгий, умный, трезвый — эти черты российской цивилизации Европе крайне неприятны. Оттого и нет царя Ивана на памятнике 1000-летия России в Новгороде, да и вообще памятников ему нет*. [21.63]

См. также статью «Существовал ли путь из «Варяг в греки» >>


* Через сопли и вой спецов по «вакуумной акустике» и прочая кремленоидов памятник царю Ивану таки поставили. В Орле. В 2016 году. Как основателю города.


А. К. Гоголев

Что разруливал царь Иван?

Ключевое слово — опричнина. И я попытаюсь в современных терминах и в причинно-следственных связях этот период правления Грозного описать в своих представлениях.

Когда пятнадцатилетний Иван, взойдя на престол, впервые на Руси решил заменить свой титул Великого князя на титул царь он остался по факту местечковым князем, великим только в своей вотчине. Страна переживала тяжёлое время: бояре (околокремлёвские олигархи), по сути, разодрали между собой только-только собранную страну, а местничество — это когда должности раздаются не по заслугам, а по степени знатности рода — просто могло добить державу.

Судя по содержанию Царь-книги, Иван IV, как её заказчик и главный редактор, был отлично осведомлён о величии славянской империи времён уже для него давних, которая одно время называлась Великой Скифией. Уже в 22 года он решил « поискати прародителей своих отчины», найти следы былого величия страны. Затем и, видимо, воодушевлённый находками, он продолжил дело по возрождению славянской империи, начатое его отцом — дело сбора всех экспортно-импортных потоков под одной крышей для получения цветных металлов из Европы с дальней целью введения монополии Москвы на чеканку единой валюты. Так родился и был впервые реализован лозунг «У вас есть нефть? — Тогда я иду к вам!»

Внимание!
Царь Иван «почему-то» пошёл искать следы правления и кн. Владимира и Владимира Мономаха не в Киев, а в Новгород Свияжский. То есть царь Иван точно знал реальную историю Русского государства, и в фантомные байки попов, рождённые историями Хазарского каганата, не верил (см. анализ летописных данных о князе Владимире, например, здесь >>).

К началу опричнины, к 1565 г., тридцатипятилетний царь провёл серию захватов прежде входящих в славянскую империю территорий и уже почти достиг одну из ключевых своих целей — сделать Москву единственным эмиссионным центром национальной валюты (правда, ещё «мешал» Новгород, эмитировавший собственные деньги. Но и ему оставалось недолго жить).

С 1552 по 1565 г. царь Иван провёл Казанский и Астраханский походы, повоевал со Швецией, разграбил Ливонию (оплот Тевтонского ордена) и почти успешно попытался перехватить экспортные потоки предков белорусов, затеяв войну с ВКЛ. В итоге он удачно (в рамках принципиально безнравственного понятия суперпассионарности) решил все свои финансовые проблемы, доведя доходную часть бюджета до астрономической суммы в 1,2 миллиона рублей годовых.

Мало того, все особо доходные статьи бюджета (теперь — это все подакцизные товары) Кремль монополизировал: прежде всего производство водки, доходы кабаков и, по сути, добычу и переработку соли (Строгановы, заработавшие на добыче соли к тому времени семейный капитал в 300 тысяч рублей, откупались сумасшедшим откатом в 23 тысячи серебром; хотя эту взятку царю лейб-историки чаще квалифицируют как покупку лицензии. В конце концов этот бизнес царь у братьев отобрал). И теперь, когда царь Иван монополизировал финансовые и почти все экспортные товарные потоки, собрал вокруг себя преданных людей, настало время возврата собственности — национализации страны, т. е. опричнины. Царь просто взял и прибрал к рукам лучшие земли и ключевые города-крепости, отбирая их у сопротивлявшихся бояр подчас предложением искупаться в Москве-реке, но по отдельности: голова отдельно, тело отдельно. На остальные владения и светских, и церковных олигархов Иван наложил неподъёмный пресс налогов. Магнаты и попы тут же завизжали, но им не хватило дыхания.

Потом, когда сопротивление кремлёвских хомотриалов, к радости 99% населения страны, было подавлено, опричнина (т. е. национализация) оказалась просто не нужна, — всё и так принадлежало уже не группе магнатов, а России (на печати царя появилась запись Всеа Русйя). На всё про всё царю хватило всего-то лишь семь лет... В XXI в. Россия топчется на месте уж как почти 30 лет. Увы.

Не могу попутно не привести примечательные факты, свидетельствующие о широчайшем образовании царя и египетских корнях некоторых новаций: именно с подачи Ивана IV появился герб Москвы с изображением всадника, закалывающего змея копьём, — сюжет до боли похожий на виньетку «Ану, закалывающий змея» [Книга мёртвых. Папирус Ани; см. также ст. 4  здесь >>].

И не только в этом случае египетская тема пробивается ростками через асфальт, в который закатали Романовы историю страны: сразу в нескольких летописях описываются фараоны, имя одного из которых — Дажьбог (Аменхатеп IV — ст. 1, Ипатьевская летопись); на территорию Египта обращал своё внимание и бог Сварог, а манеры попов потрошить и вываривать трупы своих коллег, устраивая потом подземные мавзолеи и занимаясь расчленёнкой «святых», очевидным образом демонстрирует преемственность их опыта от египетских жрецов.

Однако бывший личный официант царя, зять Малюты Скуратова, кравчий Борис Годунов, отравив в паре с Бельским своего 54-летнего патрона, всё собранное Иваном IV профукал в момент, — ведь ему нужно было расплатиться за полученный трон с олигархатом, который и обеспечил его победу на «выборах», по моральным нормам того времени закрыв глаза на кровавые дворцовые «художества» претендента. Централизация власти была подорвана. Борис было опомнился потом, но кремлёвские шакалы просто съели своего бывшего благодетеля, в том числе открыто поддержав польско-белорусский проект Сапеги-Мнишка [см. свидетельство Конрада Буссова >>]. Так началась на Руси трагическая эпоха Смутного времени, из миража возродившись явью в XX веке...

Самый, наверное, яркий пример идеологической отрыжки Церкви — это «творчество» некоего Ивана Санина, одного из гениев словоблудия, профи-спеца по «вакуумной акустике», в попах Иосифа Волоцкого (†1515), главного идеолога разгрома Новгорода. В своём опусе «Просветитель» этот смотрящий настолько расстарался против «нечестивых и безбожных» республиканцев, что среди 590 тысяч знаков своего эпохального труда привёл аж 897 цитат из еврейской Саги (sic!), создав тем оправдание-кричалку рейдерских ходок на «севера» для Ивана III Грозного, его сына Василия, Ивана IV Грозного, а также для опричника Годунова и двух первых Романовых! — Что-то вроде американской мантры про нарушение демократии сегодня. Единственный (sic!), кто побрезговал прикрывать откровенный разбой библейскими цитатами, был Иван IV, который, отбросив все эти идеологические рюшечки и сопли, открытым текстом в 1570 г. выдал: « государь повеле их грабити >>».

Объективности ради сказать надо, что и новгородцы с псковичами были отнюдь не ангелами! Так, псковский князь Довмонт, за которого новгородцы отдали внучку Александра Невского, частенько наведывался с грабежами в прото-Белоруссию (тогда имевшую название Великое княжество Литовское — ВКЛ); новгородские же ушкуйники бесчинствовали вообще в режиме non-stop: поначалу они добрались с разбоями аж до верховьев Оби, потом ограбили Кострому, и, в завершение, просто затерроризировали татар Поволжья — тех, что творили якобы жуткое иго на Руси, — и достали их настолько, что «супостаты» побежали жаловаться... в Москву (подборка информации — см. здесь >>).

Трудами нескольких поколений кремлёвских пассионариев к концу XVI века все экспортно-импортные финансовые потоки Севера, Поволжья и Юга Руси оказались завязаны на Москву, которая параллельно с никогда не прекращающимися разбоями ввела драконовский валютный контроль: все купцы, все населенцы подконтрольных Москве территорий должны были сдавать инвалюту в Кремль в обмен (всегда не равный!) на отечественные копейки по фиксированному курсу; неподчинение — смерть. Торговать с иностранцами могли только купцы, особо приближённые к Кремлю, которые никогда не забывали потчевать его главного населенца откатами; таких купцов называли гостями.

Так Москва завоевала единоличное право эмитировать национальную валюту, переплавляя серебряные доллары (талеры Германии — толлеры–доллары Соединённых Штатов Голландии) в копейки по примеру Новгорода, а из золотых монет (дукаты, нобли, дирхемы) присвоенной экспортной выручки изготавливая церковный инвентарь и прочую радость хомотриалов — стабилизационный фонд Руси, неоднократно востребовавшийся царями в критические моменты нашей истории, но потом обязательно и всегда возвращаемый и умножаемый! И такой порядок вещей сохранялся очень долго: переплавкой инвалюты был вынужден заниматься даже Пётр I, перечеканивая ригсдалеры датчан в копейки.

Полагаю, что единственное именно народное прозвище «Грозный» было дано лишь царю Ивану IV. Почему? Да потому, что только про него народ сложил полулегенды, полуправду благодарности за извод в иной мир региональных супостатов и прочих ОПГ тех лет — военизированных мытарей, бандитов под «крышей» местечкового князя и т. п. упырей. Ненавидели всю эту нечисть русские люди не в меньшей степени, чем сегодня. И извод этой контры в мир иной люди воспринимали как высший суд действительно Помазанника Христа, но не помазуна Иеговы (Бога-Отца в иудохристианстве)!

Например, на Руси была популярна история о том, как однажды царь, переодевшись в нищенскую одежду, зашёл в деревню с просьбой постоя. Но никто не пустил странника в свой двор, кроме одного, одного из самых бедных крестьян. Хозяин отвёл постояльцу самое почётное место на печке, накормил и напоил царя чем мог... Последствия оказались предсказуемы: все населенцы деревни были сосланы царём в Сибирь, а добрый крестьянин получил хорошую должность в Кремле. — 

Справедливость считалась тогда высшей нормой морали! [21.151]

Иван IV Грозныйсоздание европейцами и кремленоидами образа монстра из царя ИванаЗанимательная историяочернение Ивана IV

Источник: [0.0]



Пользовательское соглашениеО сайтеОбратная связь

ПОБЕДИТЕЛЬ ИНТЕРНЕТ-КОНКУРСА «ЗОЛОТОЙ САЙТ»
Победитель XIII Всероссийского интернет-конкурса «Золотой сайт» в номинации «Познавательные сайты и блоги»Победитель интернет-конкурса «Золотой сайт»

© Lifeofpeople.info 2010–2018

0,1