▲ Наверх


Встарь, или Как жили люди


Гравюра
Искать: статьи комментарии автора источники

Встарь → Разделы и темы → Управление. Суды. Казни. Атрибуты власти → Дела властителей, их чиновников и попов: что и как вершили; итоги служения народу и богу → Славяне и российские этносы (XVII век)

30. Управление. Суды. Казни. Атрибуты власти

30.1. Дела властителей, их чиновников и попов: что и как вершили; итоги служения народу и богу. Славяне и российские этносы (XVII век)

Арсений, Гордон, Немоевский, Карлейль, Корб, Письмо Самозванца, Поход Владислава, Псковская-2, Буссов, Коллинз, Псковская-2+, Челобитные, Балыка, Пребывание Шуйских, Донесение, Хутеерис, Ниенштедт, Масса, Петрей, Олеарий, Романов, Витсен, Койэтт, Корб, Давид, Письмо , Донос, Котошихин, Шаум, Шлейссингер, Рейнтенфельс, Желябужский, Писарькова, Писарькова, Бухгалтерия

Статья № 1
Арсений Грек, †1626

Итак, когда был провозглашён благочестивейший царь и великий князь Михаил Феодорович всея России всем собором и народом в великой Москве, от сотворения мира в лето 7121, от [воплощения] же Христова 1613, в феврале месяце, в 21 день, в воскресение первое святой четыредесятницы... 2 мая, в воскресение, в лето 7121, от пришествия Господа нашего Иисуса Христа 1613, прибыл царь Михаил Феодорович в великую Москву...

И для большого удивления и уверения, 16 июня, они привели из двух мест — из-под Новгорода много немцев, а из Северской земли многих поляков, скованными. И радовался царь (Михаил Романов) и все жители Москвы и России великою радостию, видя врагов своих скованными и наказанными...

Ивана Заруцкого, и Марину [Мнишек], и сына её, и их приверженцев и, сковавши их железными цепями, отослали к царю в Москву. Царь с боярами, допросивши их, Ивана Заруцкого предал позорной смерти, сына же Марины повесил, и Марину, спустя несколько дней, предал неизвестной смерти, и, таким образом, они получили [должное] по делам их...

Отец же его (Михаила Романова), преосвященнейший митрополит кир (владыка, господин) Филарет, давно был отправлен в Польшу святейшим патриархом кир Гермогеном и собором к великому королю Сигизмунду вместе с великим боярином князем Василием Голицыным и со многими боярами и дьяками великого двора, с архимандритами, игуменами, иереями, иеродиаконами и купцами и со многими дарами, в бытность тогда великого короля под Смоленском, большим городом, при его осаде. И причина, почему они отправились, была следующая: чтобы просить сына его Владислава королевича, умоляя дать им его в цари над ними и над всею Россиею.

Великий же король, поступив неблагоразумно (sic!), не только преосвященнейшего митрополита и с ним прибывших отослал в Польшу, но и сына своего Владислава лишил такого великого царства, и свое богатство и многих воинов потерял и, почти [можно] сказать, отяготил не только великую Россию, но разорил свое царство Литву и Польшу. О, несчастие! Что причинил неразумный совет!

В 7119 (1611) году, марта 19, в великий вторник, без всякого совета или боярского согласия русских или поляков или богатых хороших людей, было учинено восстание немногими неизвестными людьми, людьми без роду и пламени, глупыми и пьяными холопами. Неизвестные и глупые зачинщики ударили, без воли священников, бояр и народа, в колокола к восстанию. Холопы бояр, вышедши и видя смятение и народное волнение, начали рубить солдат и убивать людей на площади.

Пан Александр полководец объявил воинам своим, чтобы они не чинили убийств, [и] не мог остановить их; равным образом и русские бояре, дав приказание рабам своим, не были в силах сдержать их; к тому же и глупые люди без роду из народа не слушали их, но с радостию и великим голосом кричали: «Пришел Прокопий Ляпунов!» ...

Лавки разрушили до основания, отыскивая сокровищ. Убили и великого боярина, князя Андрея Голицына, брата великого боярина князя Василия Голицына, который был отправлен послом к королю; убили и многих других бояр и богатых купцов и захватили их имущество... великая же Москва была приведена в ничтожество посредством многих наказаний: огнем, холодным временем, убийством меча и голодом. О, несчастие!

Мы слышали от многих, что в трёх укреплениях великой Москвы находилось мужей и жен, юношей и старцев всего душ триста мириад, т. е. три раза тысячу тысяч. Итак, такое множество народа было истреблено и бежало из великой Москвы, чтобы избавиться убиения мечом и огнём...

...не показалось приятным патриарху, архиереям, боярам и всему народу, видевшим царицу, одетую в неизвестную и иноземную одежду, имеющую на себе польское платье, а не русское, как это было принято в царском чине и как это делали цари прежде него. Все это весьма сильно [всех] опечалило. Это послужило причиною и поводом ко многим бедствиям, к погибели царя и всего народа обеих национальностей, русских и поляков.

Источник: [17.9]
Комментарии

Статья № 2
Патрик Гордон, †1699

С медными деньгами ежедневно было хуже и хуже. В начале сего года 5 или 6 шли к одному серебром, а когда я приехал в страну — всего по 3. Так существовать мы не могли и подали петицию Его Величеству, однако возмещения не получили. Наконец мы добились, чтобы нам повысили жалованье на четвертую часть, хотя это мало помогло.

Добрые дукаты, что я заработал такими трудами в другом краю, должны теперь разойтись здесь... Но возвращаюсь к низкой медной монете. Причиной ежедневного падения было то, что большое количество оной ввозилось тайком из-за моря, а в Москве и других городах чеканилось частными лицами. Было поймано много фальшивомонетчиков, каждому из коих отрубали руку, били кнутом и ссылали в Сибирь, изъяв имущество в казну, но ничто не помогало. Открылось, что даже кое-кто из знатных особ прикладывает руку к такой подделке...

Мятежники толпою вышли из Серпуховских ворот. Их было около 4 или 5 тысяч, без оружия, лишь у некоторых имелись дубины и палки. Они притязали на возмещение [убытков] за медные деньги, соль и многое другое. С сею целью в разных местах города были расклеены листы, а один стряпчий перед Земским двором читал лист, содержащий их жалобы, имена некоторых особ, коих они мнили виновными в злоупотреблениях, и призыв ко всем идти к царю и добиваться возмещения, а также голов дурных советников <...> без особого риска и труда рассеяли [мятежников], одних загнали в реку, других перебили и множество взяли в плен. Многие к тому же спаслись. Солдаты нашего полка поймали 13 отставших, кои вместе с прочими, взятыми позже, были назавтра отправлены в Коломенское.

Из сих бунтовщиков множество на другой день было повешено в разных местах, а около 2 000 с женами и детьми впоследствии сослано в дальние края. Все иноземные офицеры получили за сие дело небольшие пожалованья или награды...

Марта 17. В день именин царя (Алексея Романова) мы подали петицию, представляя наше несчастное положение по причине дешевизны медной монеты, коих ныне идет 15 за одну серебром, и просили платить нам в серебряных деньгах, или же по их стоимости в медных, а иначе предоставить нам свободный выезд из страны. Ответа мы не получили, кроме того, что Его Величество примет сие во внимание...

Из челобитной к царю

Милосердый Государь Царь и Великий Князь Феодор Алексеевич Всеа Великия и Малыя и Белыя Росии Самодержец, пожалуй нас, холопей своих, вели, Государь, нам, холопем своим, для своей, Вел. Государя, службы и нашей нужды и скудости свое, Вел. Государя, годовое жалованье на нынешней на 185-й год выдать; чтоб нам, холопем твоим, было чем на твою, Вел. Государя, службу поднятца и впредь твоей, Вел. Государя, службы не отбыть, и сию нашу челобитную из Севска послать к тебе, Вел. Государю, к Москве в Розряд с отпискою. Царь Государь, смилуйся, пожалуй...

Король Шведский отправил послов к Ракоци — князю Трансильвании и ко Хмельницкому — предводителю казаков, который стоял с войском под Русским Лембергом (Львов — Прим. ред.). Оба обязались в дружбе, а Хмельницкий пожелал узнать, куда ему отправиться со своею армией, дабы быть полезным Его Величеству...

Я угостил всех стряпчих Иноземского приказа за праздничным столом и преподнес каждому, согласно их чинам, подарок соболями — одним по паре, другим по одному (Стоимость одного — до 100 руб.! — Прим. ред.). Этим я снискал большую их доброжелательность; впоследствии они весьма меня уважали и всегда были готовы дать ход любому из моих дел в приказе...

Меня долго держал в неведении боярин по имени Федор Андреевич Милославский, назначенный великим послом к шаху Персидскому. Зная, какой успех может доставить умело направленная взятка, я нашел способ преподнести ему сотню дукатов, а его maior domo (Дворецкому), который должен был хлопотать за нас, — конскую сбрую, что стоила мне 20 дукатов. Я желал, чтобы он добился у царя позволения мне и капитану Мензису отправиться в его свите в Персию. Он взялся за это весьма усердно и обещал устроить дело, но после 6-недельных ходатайств, ввиду невозможности чего-либо достичь, я отступился...

Меня вызвали в Посольский приказ, но из-за опоздания велели прийти на другой день.

Источник: [17.14]

Статья № 3
Станислав Немоевский, 1606–1608

Он (лже-Димитрий) желал было дать новые права и писанные законы, которых в Москве в те времена не было, и дать некоторую свободу боярам. Желал было также пригласить из-за границы, именно, из Франции, учёных людей для возбуждения в грубых душах своих подданных стремления к благородству и вежливости; но — трудно asinos ad liram. In religione менее zelosus; смолоду перебывав у людей разных сект, он и сейчас держит их при себе; но profitebatur русскую веру, хотя и не во всем сходясь с populo. Роста скорей был малого, чем среднего, с круглым и смуглым лицом, с угрюмым взглядом, с малыми глазами, русыми волосами, без усов и бороды; правда, он был молод, но всё же — с бабьим лицом.

Лже-Димитрий I. Гравюра Л.Килиана, 1606
Лже-Димитрий I. Гравюра Л.Килиана, 1606

В налогах начинал для подданных быть тяжёлым. Престола достиг путем различных испытаний (trybulace) — о чём на другом месте; на 24-м году своей жизни был убит — дня 27 мая 1606 года, в первом часу дня. Царствовал 11 месяцев 13 дней; с женою жил только 9 дней...

Обязанность всех думных и иных знатнейших, которых они называют по отчеству — великая честь, если кому так говорят, словно кто-либо без отца мог быть, а немного меньшая честь, если кому «вич» приложат к отцовскому имени, например: Федор Васильевич, или Глеб Борисович — всегда жить при великом князе в Москве, а так как великий князь иного пребывания, как в Москве, не имеет, то там, где всегда жительствует. Никто без его дозволения не может отъехать и в своё село.

Когда же отпросится, то сейчас же записывают, в который день приказано ему возвратиться. Приехавши назад, он повинен явиться туда, где его записывали, с объявлением, что он удовлетворил приказанию великого князя. Если же опоздал, то с ним отправляется дворецкий, по-нашему маршалок, в особую комнату, где судит он придворных людей, и сейчас же чинит экзекуцию: он приказывает другим дворянам его растянуть, а трое розгами его секут. Такое же наказание и за другие проступки, а за большие — и в тюрьму.

Когда же думный боярин учинит какое-либо преступление, как то: если бы он напал на другого боярина, учинил насилие жене его или дочери, или если бы пошли обвинения на одного из тех, которые сидят в судах, что он осудил несправедливо, благодаря подкупу подарками, которые они называют посулами, то великий князь, севши вместе с другими думными, приказывает ему стать пред себя. Тогда старший дьяк докладывает, что тот сделал, а затем препровождает его к великому князю, который ладонью бьет его в губу с обеих сторон.

После этого тот же дьяк, поставивши его посередине комнаты, начинает выщипывать у него пальцами бороду, а засим все думные бранят его: «Што это ты, мерзавец, бездельник, сделал? Мать твою, как у тебя и сором пропал!». Наконец дьяк объявляет, что великий князь всея Руси налагает на него опалу: он обязан каждый день бывать в Кремле и ездить по городу в черном кафтане, черной шапке и черных сапогах; он перед каждым, но перед ним никто, под угрозой кары, не снимает шапки. Это продолжается до возвращения милости великого князя, но редко долее двух месяцев.

Когда подходит то время, он является перед великим князем, бьет челом в землю, говоря: — Помилосердствуй, царь-государь, великий князь всея Руси, надо мною, мерзавцем (stradnikiem), объяви милость!

После этого встают все бояре и, ходатайствуя за него, бьют челом великому князю в землю. Засим объявляет дьяк:
— Царь, великий князь всея Руси, умилосердился и пожаловал тебя.
Там он сейчас же сбросит с себя черную опалу, облекается в красный кафтан и идёт сесть на своё место, между думными боярами.

Бьют их также и кнутом, но вместе с этим уже и из Думы выбрасывают.
Если, в свою очередь, великий князь оскорбится чем в речи думного, — на месте безотлагательное правосудие: он тут же бьёт его палицей (с нею великий князь обязан теперь ходить — они называют ее посохом) по лбу, по спине; тот же повинен ни увёртываться, ни же молить, но говорит:
— Царь-государь, великий князь, пожалей своих ручек, которые ты утомишь, расправляясь со мной, холопом твоим, имей уважение к самому себе...

...у них нет ни изучения, ни упражнения в законе Божием, нет никакой проповеди, не объясняют им ни слова Божия, ни Божией воли. К тому же никому не дозволено читать книг и иметь их в дому, кроме псалтири и гомилий св. Иоанна Златоустого; иначе был бы в подозрении, что желает быть мудрее самого великого князя, а это есть capitale. Одинаково не вольно никому разговаривать с иноземцем или спрашивать его о чем, даже просто говорить, если только не присутствует при этом пристав от великого князя. Если кто из чужих спросит кого-либо о причине чего-либо, он получит в ответ: «Не ведаю, не понимаю; но царь, великий князь всея Руси, — дай Господи, чтобы государь здоров был! — знает и понимает всё».

Источник: [17.7]

Статья № 4
Чарльз Карлейль, 1663–1664

На первом плане стоит государственный совет (conseil d Etat), состоящий из известного числа бояр и других лиц; он заседает обыкновенно ночью. Смотря по приказаниям и указам этого совета, где председательствует обыкновенно царь (Алексей Романов — Прим. ред.), дела ещё решаются в подчиненных судах, которых в Москве 6: в двух — заведуют царскими доходами, в двух других решаются гражданские и уголовные дела, а в двух последних — внешние и военные... Он (Алексей Романов) имеет обыкновение менять этих начальников каждые три года.

В Московии есть четыре начала весьма важные, которые служат к удерживанию народа в послушании:

Таким образом, Московиты, погруженные в глубокое невежество, не знают даже, каким образом в Европе переплетают книги...

Если дело идет о каких-нибудь внезапных спорах или о не больших покражах и т. п. вещах, то местный чиновник без всякой другой формальности, наказывает батогами. Это наказание имеет много сходства с тем, которое Бог назначил, во времена Моисея, израильскому народу; как об этом говорится в 25 главе Второзакония (см. [Втор 25:1..3])... Вместо того чтобы число ударов было ограничено, как это было у евреев (нельзя было дать более 40 ударов), здесь же число ударов зависит от произвола чиновника. Виновный, получив свое, встаёт и кланяется тому, кто его осудил, подобно персам, которые, когда наказывал царь, благодарили за то, что он был так добр, вспомнив их. Этот род наказания очень употребителен у знатных.

Источник: [17.11]

Статья № 5
Иоганн-Георг Корб, 1698–1699

10-го (20-го) ноября. Пришедшие из похода немецкие офицеры открыто жаловались, что Долгорукий ничего достойного воинской доблести не сделал в продолжение всей экспедиции этого года. Хотя он положительно знал, что во всем Крыму не жило более 10 000 человек всякого пола и возраста, однако же с 60 000 солдат ничего не решился предпринять. Такое нерадение военачальника крымские Татары наказали бедственным поражением, ворвавшись подобно вихрю в русские пределы. Они сожгли и разграбили Валуйки, пограничный русский город, и переправившись чрез реку Оскол, прошли с страшным огненным истреблением до Белгорода.

Деревни, села, города и поселения жестоко истреблены пожарами и обратились в головни и в пепел; 6 000 человек, как скоты, отведены в тягчайшее рабство; весьма немногие нашли убежище в лесах и звериных берлогах. Сверх того, Русских, в их собственных лагерях, поразил более страшный неприятель: князь Долгорукий, не знаю вследствие каких несчастных соображений, не позаботился о необходимом продовольствии для войска; ни одному офицеру не заплатили жалованья, и 15 000 солдат погибло от голода.

Источник: [17.2]

Статья № 6
Письмо Первого Самозванца к папе Клименту VIII, 28.04.1604

Но настало время, когда я должен был наконец открыться, и предстать перед ЕВ. королем. Когда явился я к нему, и когда я прилежнее присмотрелся к цветущему состоянию католической веры по обряду С. Римской церкви, я постепенно стал прилагать свое сердце к восприятию и познанию ее, и обрел, наконец, сокровище ценнейшее и царство много славнейшее и лучшее чем то, которого я лишился великим нечестием тирана.

И, усердно радея о спасении души моей, воочию постиг я, в какой вместе со мной великой опасности находится все московское государство по причине греческой схизмы, враждебной воссоединению с католической церковью, и сколь незаслуженно позорят непорочное и древнейшее учение и веру католической и апостольской римской церкви греки, виновники и зачинщики схизмы.

А посему, укрепленный духом, силою исключительной благодати Божией, без всякого промедления приступил я к помянутому воссоединению и римско-католической веры и, укрепленный церковными таинствами, стал смиренною овцою ВСтва, как верховного пастыря всего христианства.

Лобызаю ноги ВС., как Самого Христа и низменно преклоняясь, возношу должное повиновение и подчинение Верховному Пастырю и отцу всего христианства. Все сие излагаю ныне пока в тайне и униженно прошу ВС. благоволить сохранить сие до времени в тайне. Дан из Кракова 24 апреля в год спасения 1604. Нижайший слуга Дмитрий Иванович царевич России и наследник Московской Монархии.

Источник: [17.15]
Комментарии

Статья № 7
Поход Владислава в Россию, 1617–1618

Для вернейшегo успеха предпринимаемой воины, Король и Посполитая Речь назначили 8 важнейших Сановников, которые, находясь безотлучно при Владиславе, долженствовали составлять не только его Совет, но даже быть его руководителями.

Совет сей составляли под именем Московских Коммисаров: 1. Луцкий бискуп Андрей Липский, 2. Бельцкий Кастелан Станислав Журавинский, 3. Сохачевский Кастелан Константин Плихта, 4 Великий Канцлер Литовский, Лев Сапега, 5. Староста Шремский, Петр Опалински, 6. Староста Мозырский, Балтазар Стравинский, 7. Яков Собесский, сын Люблинского Воеводы Мартина Собесского, 8. Андрей Менцинский...

Бояре первые приветствовали Польских Уполномоченных, а потом от них получили взаимное приветствие. Сии последние предлагали сойти с лошадей, но Русские ответствовали, что им «удобнее будет вести переговоры на лошадях». Потом Шереметев выехал несколько шагов вперед, и, выговорив весь Царский титул, сказал, что мы прибыли сюда с воли Царя и Великого Князя для переговоров о мире; но предупреждаем вас, если будете называть Владислава Царем, то переговоры немедленно прекратятся. Каково бы ни было избрание его на престол, но мы о сем давно уже забыли.

Источник: [17.20]
Комментарии

Статья № 8
Псковская вторая летопись (Синодальная), 1613

Усиленно просили в цари шведа, но было отказано. И выбрали Романова

Псковская вторая (Синодальная) летопись, 1613. Усиленно просили в цари шведа, но было отказано. И выбрали Романова

Источник: [19.5]
Комментарии

Статья № 9
Конрад Буссов, 1601–1613

Полководец под Троице-Сергиевским монастырем Иван-Петр-Павел-Сапега, сидя однажды со своими офицерами за столом, превозносил храбрость поляков, quod Romanis nоn essent minores, imo majores (что они не ниже, а даже выше римлян) и среди многого другого сказал он также и следующее: «Мы, поляки, три года тому назад посадили на московский трон государя, который должен был называться Димитрием, сыном тирана, несмотря на то, что он им не был. Теперь мы второй раз привели сюда государя и завоевали почти половину страны, и он должен и будет называться Димитрием, даже если русские от этого сойдут с ума: Nostris viribus, nostraque armata manu id facimus (Нашими силами и нашей вооруженной рукой мы сделаем это)» Это я слышал собственными ушами...

Один именитый князь, по имени Григорий Шаховской, во время мятежа, когда был убит царь Димитрий, похитил золотую государственную печать и бежал по направлению к пограничной крепости Путивль, взяв с собой из Москвы ещё двух поляков в русском платье...

Эта дьявольская охота с душегубством и убийством (Бунт с убийством лже-Димитрия в 1606 году — Прим. ред.) длилась с 3 часов дня до 10-ти, были убиты и зарублены 2135 поляков, среди них много достойных студентов, немецких ювелиров и купцов из Аугсбурга, имевших при себе много добра и золота. Всех раздевали донага, выбрасывали, как падаль, на улицу, так что их пожирали собаки, а русские знахари вырезали жир из их трупов. Так они лежали под открытым небом, пока на третий день убийца Шуйский не приказал увезти их и похоронить в божьем доме (Bossdum).

Этот день, 17 мая, будут помнить, пока существует мир. Это был горестный и страшный день, в который иноземцы испытали такой страх и ужас, что всего в точности даже и рассказать невозможно, а уж тем более вряд ли поверит тот, кто про это прочтет или услышит. Шесть часов подряд ничего иного слышно не было, кроме набата, стрельбы, ударов, топота, стука копыт. Московиты кричали и вопили: секи, секи их, таких-сяких (Secci, Secci, В....). Милосердия к полякам безжалостные русские не знали, не помогали ни просьбы, ни мольбы, ни обещания, ни уговоры.

Один благородный, достойный дворянин как выскочил в рубашке из постели, так и зарылся в погребе в песок, взяв с собой в кошельке 100 дукатов. Русские его нашли, когда искали, не зарыли ли чего поляки. Он добровольно отдал им 100 дукатов, просил сохранить ему жизнь и взять его в плен, говорил, что он ни перед кем не грешен, ни перед царем, ни перед кем из вельмож, а если они его и кормили, то у него в Польше достаточно имущества, чтобы оплатить это, пусть его отведут в Кремль к вельможам, и там он оправдается. Как этот бедняга сокрушался, какой у него был несчастный вид, как тяжко он вздыхал, увидев, что все его слуги, зверски порубленные, валяются перед воротами, когда его повели по их телам, я сам видел собственными глазами.

Какой-то московит зашел с другой улицы на эту и, увидев, что ведут связанного польского дворянина, закричал: «Руби, руби его, сукина сына». Тот склонился чуть не до земли перед убийцей и стал молить его так, что даже камень в земле смягчился бы, бога ради сохранить ему жизнь. Так как это не помогло, он стал просить Христа ради, потом ради Николая и пречистой девы Марии, но мольбы его всё равно не были услышаны...

По его повелению было всенародно объявлено, что князь Димитрий, невинно убиенный в юности, — большой святой у бога, он, мол, пролежал в земле 17 лет, а его тело так же нетленно, как если бы он только вчера умер. И орехи, которые были у него в руке на площадке для игр, когда его убили, еще тоже не сгнили и не протухли, точно так же и гроб не попорчен землей и сохранился, как новый. Кто желает его видеть, пусть сходит в царскую церковь (nach der Kayser Kirche), где он поставлен; церковь всегда будет отперта, чтобы каждый мог туда пойти и поглядеть на него. Шуйский подкупил нескольких здоровых людей, которые должны были прикинуться больными. Одному велели на четвереньках ползти к телу св. Димитрия, другого повели туда под видом слепца, хотя у него были здоровые глаза и хорошее зрение. Они должны были молить Димитрия об исцелении. Оба, конечно, выздоровели, параличный встал и пошел, слепой прозрел, и они сказали, что им помог св. Димитрий.

польский заговорпервая цветная революция

Источник: [17.6]
Комментарии

Статья № 10
Самуэль Коллинз, 1658–1666

Русский Император (Алексей Романов — Прим. ред.) равняется в благочестии, великодушии, милосердии и доброте со всеми другими Государями; что же касается до его Министров, то и они так же, как народы и Министры прочих Государств, на все готовы за деньги и рады обмануть всякого, кого только могут...

В 1560 году от Рождества Христова введено в России искусство книгопечатания (как Тевет рассказывает в жизни Василия) и учреждено также училище языка Латинского; но духовенство скоро его уничтожило vi et armis (Силой и оружием — лат. — Прим. ред.)...

Допуская живопись в церквах, они не допускают ваяния, потому что Римский обычай молиться статуям почитают за идолопоклонство...

[Расскажу] историю, произошедшую во времена нашего английского Резидента, который, имел обезьянку, знаменитую среди Московитов тем, что брала деньги в пасть, и шла на рынок, и показывала их продавцам яблок, которые по доброте давали ей орехи и яблоки; многие из таких обезьяньих шалостей приветствовались... одним ранним утром, животное забирается внутрь [церкви] через окно, и, начав со Св. Николая, и остальных Богов и Богинь, в том порядке, в каком они стояли на её пути, скидывает вниз... бедное животное (чтобы умилостивить разозленных Богов) было доставлено мирским властям, которые пороли её так сурово, что бедное животное умерло от этого.

...я должен рассказать вам забавную историю монастыря Ростова, стоящего на озере, и недалеко от этого мужского монастыря есть и женский монастырь, так как обычно они всегда рядом друг с другом (sic!). В этом озере, вот уже как 20 лет назад видели рыбу такого размера, что они предположили, что это не могла быть рыба, но какой-то Левиафан или водяной. Оно часто появлялось наполовину над водой, что вынуждало орла накидываться с такой яростью, что, впив свои когти в плоть, он не мог достать их снова, и чудовище, ныряя в бездну со своим врагом, несло его в эту неизвестную стихию и таким образом побеждал его, но не мог избавиться от него, так как его когти впивались все крепче, заставляя чудовище возвращаться на берег, где его, с перьями на спине и видели монахи, чьи страхи он подтверждал...

Чтобы предотвратить дальнейшее несчастье они зазвонили в колокола, и пошли в процессии со всеми инструментами и орудием защиты, посредством которых воинственные монахи хотели противостоять нечистому демону, но всё это приносило мало пользы в борьбе с предполагаемым врагом человечества. В конце концов, некий Мистер Роджер Итон, купец, проходящий мимо, слышит эту грустную историю и испытывая огромное желание увидеть это со всеми кто выходил на берег, он взял на себя ответственность встретиться с монстром...; самым ужасным было то, что он не мог найти Русского, такого смелого и твердого, чтобы грести для него лодку, пока не заполучил одного путем спаивания.

Короче, он стреляет из нарезного оружия (?) (screw’d Gun) в чудовище, которое оказывается ничем иным как переросшей щукой, длиной в полтора ярда и такой же большой, как и человек.

Братство, устыдившись своих процессий, устроенных против рыбы, все же отблагодарили своего чемпиона (Champion), напившись сами и напоив его, и так заканчивается пьеса. Но другая трагедия была разыграна, когда они поймали другую щуку не такую большую как эта, намереваясь развлечь некоего Мистера Уайта — английского купца. Но повар, вскрыв эту рыбу, обнаружили новорожденного младенца в брюхе, который, как полагалось, был выброшен в воду одной из монашек. Это происшествие испортило их веселье и развлечение иноземцев...

Он (Алексей Романов) всегда во время богослужения бывает в церкви, когда здоров, а когда болен, служение происходит в его комнате; в пост он посещает всенощные, стоит по пяти или шести часов сряду, кладет иногда по тысяче земных поклонов, а в большие праздники по полутора тысяч.

Источник: [17.10]
Комментарии

Статья № 11
Псковская вторая летопись (Синодальная, Прибавление), 1611

Похоже, это первое упоминание об Откровении Иоанна Богослова. Летописец говорит и о том, что дороги государства пусты — по ним некому ходить, так как «кто в плену, кто погиб, кто умер от голода и болезней...». Ужас полной разрухи.

Похоже, это первое упоминание об Откровении Иоанна Богослова. Летописец говорит и о том, что дороги государства пусты — по ним некому ходить, так как «кто в плену, кто погиб, кто умер от голода и болезней…». Ужас полной разрухи.

Источник: [19.5]

Статья № 12
Челобитные лже-Димитрию, 1605

Писали именно царю, а не какому-то лже-царю

(1) Царю Государю I великому князю Дмитрию Ивановичу всея русии бьют челом и плачуца сироты твои государевы Новые слободы Олексанровы деревны наумова Ивашка бершин деревни лискова бориско степанов сельца афонасьева петрушка Иванов и все крестияне приещают Государь к нам ратные люди литовские и татаро и руские люди бьют Государь и мучат и животы грабят и жены бещестят милосерды Государь Царь и великии Князь Дмитреи Иванович всея руси пожалуй нас сирот своих Государь, вели нам дать приставов чтоб мы сироты твои Государевы в конец не погибли. Государь смилуся пожалуи...

(2) Царю Государю И великому князю Дмитрею Ивановичу всея руси бьет челом и плачетца сирота твоя государева переславсково уезда тваего Государева дворцовова села вяткина крестьянин деревне струнина за рекой во Федка иванов. стоит государь у меня у сироты твоеи в деревне в струнине старой пристав твой государев пан микулай мошницки белозеровы роты и лошади государь ево тут же у меня на дворишке стоят, а то Государь село вяткино з деревнями дано по твоему царскому указу пану талипскому и гайдуком на приставство и корму Государь мы сироты по твоему Государеву указу талипскому пану даем, а тово государь пана мушницково Гайдуки выслати не смогут от нас из тое деревни не едет стоит и ныне насильством.

И взял государь у меня у сироты тот пан насильством сынишка моево ивашка себе в таборы и сам государь тот пан приезжает еженочие в то мое дворишко и меня государь из дворишка выбивает и хлебенка моево не дасть, а семьишко Государь и достальное животинишко з голоду помирает и мою невестку он у себя на постели насильством держит и от того государь пана я сирота вконец погиб. милостивы царь государь И великии князь Дмитреи Иванович всея русии смилосердуйся вели государь тому пану сынишка моево отдати и от его насильства вконец не погиб и твоево царскаво тягла не отбыл Царь Государь И великий князь Дмитреи Иванович всея русии смилуйся.

Источник: [17.16]

Статья № 13
Богдан Балыка, 1612

Жуткое описание киевским мещанином состояния осаждённых в Кремле поляков и иже с ними

Тогож лета септеврия дня 14, голод велми стал утискати, пехота новая стала з голоду мерти и мало не вси выкати, и наша пехота и товариство также все поели; немцы кошки и псы все поели, мёд и зеля, и травою и леда чиме живилися, бо все Москва отняла; дорогувля великая стала: селедец был по ползолотого, шкури воловыи перво были по пять золотых, а потом стали по 12 золотых; сыра мандрыку куповали по 6 золотых; хлеб денежный 10 золотых; мы сами куповали калач денежный 7 золотых.

Около святои Покровы велми силный голод знял: жита чверть золотых 100, овса чверть 40 золотых, круп кварта 20 золотых; з лободына насеня печеный, як гречанык пеняжный — три золотых. Пан Харлинский, капитан пихотный взял за меринца 500 золотых, а чверть себе отрезал; за корову давали 600 золотых; чверть мяса конского была по 120 золотых.

А потом уже голод незносный почал трапити, же пехота и немцы потай почали людей резати и ести. Мы найпершей, идучи от церкви соборной пресвятой Богородыци из службы, голову и ноги человечии у ям нашли, у кайстре (мешке); разнев московских килканадцать человека пихоте з турмы подавали, тых всех поели; потом у килка дней несли Москва уголе майстером денежным у ворота Миколские. Гайдуки выскочивши з муров, одного порвали и зараз забили и зьели; потым у килка дней жолнер Воронец и козак Щербина, впадши в дом Федора Ивановича Мстиславского, почали шарпати, ищучи живности, и Мстиславский почал их упоминати; тамже некоторый ударил его цеглою (кирпичём) у голову, же мало не умер. Доведался того пан Струс, казал обоих поймати Воронца стято и поховано, а Щербину обесити казали, который з годину на шибеници не был; пехота зараз отрезали и на штуки разрубали и изьели.

Пахолика одного, недавно умерлого, из гробу выкопали и изели. Октоврия 16 дня выпал снег великий, же всю траву покрыл и кореня; силный и не слыханый вас голод змогл: гужи и попруги, поясы и ножны и леда костища и здохлину (падаль) мы едали; у Китайгороде, у церкви Богоявления, где и греки бывают, там мы из Супруном килка книг нашли паркгаменовых; тым есмо и травою живилися, — а що были пред снегом наготовали травы — з лоем свечаным (свечное сало) тое ели; свечку лоевую куповали по пол золотого.

Сын мытвика Петриковскаго з нами ув осаде был, того без ведома порвали и изели и иных людей и хлопят без личбы поели; пришли до одной избы, тамже найшли килка кадок мяса человеческого солоного; одну кадку Жуковский, товариш Колонтаев, взял; той же Жукoвcкий за четвертую часть стегна человечого дал 5 золотых, кварта горелки в той час была по 40 золотых; мыш по золотому куповали; за кошку пан Рачинский дал 8 золотых; пана Будилов товариш за пса дал 15 золотых, и того было трудно достать; голову чоловечую куповали по 3 золотых; за ногу чоловечую, одно по костки, дано гайдуку два золотых; за ворона черного давали наши два золотых и пол фунта пороху — и не дал за тое; всех людей болше двох сот пехоты и товаришов поели.

голод в Кремлеосада КремляСмутное время

Источник: [17.20]

Статья № 14
Пребывание Шуйских в Гостынине, 1612

Или чем закончил царь Василий Шуйский

Славной памяти высокородный усопший Василий Шуйский, который был (как о том носится слух) великим царем московским и который вместе с высокородными: Димитрием — гетманом, Иваном — подскарбием, Шуйскими, князьями московскими, родными братьями, по приказанию его королевского величества короля польского, отосланы на жительство в Гостыньский каменный замок... в субботу после (праздника) св. Матфея, апостола и евангелиста, в своём помещении, в каленной комнатке, над каменными воротами, Господу Богу душу свою отдал. Жил он около лет 70.

Список скарба русского царя и его родни — здесь, 0.9 Mb, который можно сравнить с перечнем подарков лже-Димитрия Марине Мнишек — см. ст. 3 в 27.2.17.s

Источник: [17.20]

Статья № 15
Донесение из Варшавы, с сейма, 1652

Первый случай применения белорусами принципа liberum veto в Жечи Посполитой, то есть принципа, уже давно применявшегося в Польше ранее

Препятствие (Для продолжения работы общего сейма — Прим. ред.) возникло по следующему поводу: в среду Радзивилл, гетман Литовский, ехал в замок по Пивной улице мимо двора Покживницкого. Около постоялого двора стояла запряженная карета пана старосты. Кавалькада сначала оскорбила возницу и гайдуков, а потом сам гетман воскликнул: бей!...

Потом, когда Речь Посполитая просила о продлении [сейма] до понедельника, один из литовских послов воскликнул: «Я не позволю отсрочек!», неожиданно выскочил, заявил протест (То есть вето — Прим. ред.) и сразу же переправился на другой берег Вислы. Так сейму был спет реквием, но дай боже, чтобы не за упокой Польши.

Источник: [17.20]
Комментарии

Статья № 16
Антонис Хутеерис, 1615–1616

Мы были очень рады тому, что вновь оказались среди людей (В Новгороде — Прим. ред.), с которыми мы могли беседовать, ибо в пути ни в деревнях, ни в усадьбах не было видно людей. Везде мы видели сожжённые дома и убитых или умерших от холода и голода людей. Во многих местах на пути от Глебова до Новгорода мы видели трупы, обглоданные до костей дикими медведями и волками, одни наполовину, другие совершенно разорванные. Многих лошадей постигла та же участь, в том числе и наших лошадей, которые везли провиант, что было всего печальнее и жалостнее видеть...

Во время нашего пребывания в Новгороде мы ежедневно выходили из кремля в город и были свидетелями большой нужды и бедствий, царящих там. Повсюду на улицах мы видели бедных людей, умиравших от голода и холода, и русские, о которых русские заботились не больше, чем о собаках. По утрам их без всяких церемоний свозили на санях в специальное помещение, где застывшие трупы громоздили друг на друга, как бочки. Один или два раза в неделю трупы вывозили за город и зарывали в больших и глубоких ямах. В две самые большие ямы в эту зиму набросали больше 18 000 человек, которые были жертвами ужасного холода, голода и других бедствий.

Русское население это мало заботит и оно не делает почти ничего, чтобы помочь и нуждающимся. Бедняги, которые еще живы, бродят по улицам до тех пор, пока их держат ноги, и мы видели мужа, жену и их ребёнка, которые поддерживали друг друга под руки. На всех почти не было одежды и они выглядели как почерневшие от голода и холода кости. Они стонали так жалобно, что только те, у кого сердца из камня, могли отказать им в милостыни. Упав на землю от слабости, они ползают пока могут между домами в грязи, до тех пор, пока не лягут совсем, чтобы умереть в нужде без помощи и утешения.

Источник: [17.24]

Статья № 17
Франц Ниенштедт, †1622

В этом году (1609) великий князь Шуйский до основания сжёг сильный, богатый город Псков за то, что тот присягнул его врагу, мнимому наследнику престола.

Источник: [16.21]
Комментарии

Статья № 18
Исаак Масса, †1635

Тем временем польский посол был у царя (лже-Димитрия — Прим. ред.) и поднёс ему подарки: две красивые лошади, чаши и золоченые кубки и прекрасную большую собаку; окончив свою речь, посол представил грамоту, на коей не было титула и стояло только: великий князь Московии.

Что разгневало [Димитрия], и он возвратил грамоту, на что посол отвечал ему от имени короля: «Пусть он [Димитрий] сперва покорит Татарию и Турцию, и тогда его будут называть царем и монархом, но не теперь», на что [Димитрий] так разгневался, что в злобе хотел бросить свой скипетр в посла, по бояре и Сандомирский, который весьма напугался, опасаясь [возможного] несчастья, остановили [царя], и посол удалился и почти не выходил из своего дома до самой свадьбы (С Мариной Мнишек — Прим. ред.).

Источник: [20.26]
Комментарии

Статья № 19
Пётр Петрей, 1601–1605, ...1613

Лже-Димитрий

Ежедневно ходил он (Царь лже-Димитрий — Прим. ред.) к своим советникам в комнату Совета и рассуждал с ними о государственных делах; когда советники оказывались медленны и ненаходчивы в своих решениях, также и недовольно делали дела, он говорил им шутливо и смеясь: «Милостивые государи! Столько дней и часов вы совещаетесь об этом деле и все еще не нашли, что нужно: это вот как должно быть», — и очень скоро мог находить лучшее средство, чему они очень дивились Он часто укорял их в грубости и неразумии и в том, что они неспособные и ничего не видавшие люди, хотел разрешить их детям получать воспитание в чужих краях, учиться разным языкам, добрым нравам, добродетели и честности и упражняться на турнирах, в разных воинских играх, чтобы они могли сделаться способными и привычными управлять землею и жителями и служить королям и государям.

За обедом приказывал он играть и показывать свое искусство музыкантам, как водится в других странах, у высоких лиц. Он отменил много обрядов, принятых москвитянами, например, креститься, кланяться и нагибаться перед образом, после обеда обмываться. Это глубоко огорчало москвитян; у них родились разные дурные мысли и подозрения на своего нового великого князя; они повесили головы, точно ослы, когда заведутся у них вши в ушах.

После обеда он не ложился спать, как водилось у прежних великих князей и всех русских, а прохаживался в казначейство, аптеки, лавки серебряников; смотрел, что они работали и чем торговали; часто имел при себе не больше одного или двоих молодых дворян, нередко также отсылал от себя камер-юнкеров и боярских детей, и они иногда не знали, куда он девался, должны были бегать и искать его по всем углам во дворце, точно какие гончие собаки, пока не отыщут его. Этого никогда не бывало с прежними великими князьями, потому что, по москвитянской их величавости и знатности, им нельзя было прохаживаться из одной комнаты в другую, разве только с палкой в руке, да заставив водить себя под руку знатных бояр.

При выездах на богомолье по церквам и монастырям он не садился в большую колымагу, или коляску, но приказывал подводить себе самую горячую лошадь, которая лютее всех была ездить, брал в руку поводья и, быстро бросившись в седло, гнал ее точно ловкий рыцарь; а терпеть не мог, если конюхи выносили ему стул, чтобы ставить на него ногу, когда хотел ехать верхом, как обыкновенно делали прежние великие князья.

Каждый день он находил удовольствие в прогулке, скачке верхом и охоте с соколами и собаками.

Он велел вылить порядочное количество мортир и полевых пушек и отвезти их в Галич и на татарскую границу.

Наконец он припомнил и обещание, данное им в Польше, что как скоро овладеет царством, возложит на себя великокняжеский венец и будет иметь всю власть в руках, то до последних сил станет покровительствовать папистской вере и распространять ее, да и возьмет замуж Марию Горгону, дочь воеводы Сандомирского (Швед съехидничал, речь — о Марине Мнишек, точнее, Мнишэч, т. к. писалось Mnishecz — Прим. ред.); для того вскоре и сделал распоряжение, чтобы приехавшим с ним иезуитам отведен был большой двор в городе Москве, где бы они могли отправлять свое богослужение.

О дворянах, или Об индийских кастах на русский манер

Дворяне, разорившиеся от войны, пожара и других несчастных случаев и не имеющие чем кормиться и содержать себя, считают большим срамом работать на себя своими руками или добывать что-нибудь работою на других. Когда это предложат кому-нибудь из них, он отвечает: «Это не совместно с моим званием».

Он дворянин и не привык работать; если хотят иметь работника, он доставит им его, да и пойдет прочь, ходит по миру, прося милостыню во имя Девы Марии, св. Николая и других святых бедному дворянину. Если же своим ханжеством он и не соберет себе сколько нужно на содержание, то все же скорее умрёт и вынесет самую крайнюю нужду, нежели станет работать, либо сделается вором и отъявленным разбойником и убийцей: в том находит он для себя больше славы и чести, нежели в работе.

Источник: [20.26]

Статья № 20
Адам Олеарий, 1636 (†1671)

Те, кто сулят обогатить государей новыми открытиями — как это часто делается при дворах князей, — имеют очень мало счастья и удачи при царском дворе. Прежний великий князь очень любил, чтобы ему указывали какие-либо новые средства для увеличения казны. Однако, чтобы оставаться без убытков в случае обмана или неуспеха, изобретатель должен был делать опыты на собственный счет, а если у него не было средств, то некоторая сумма давалась ему за каким-либо поручительством; если опыт удавался, то виновнику его выдавалась богатая награда, в случае же неудачи он, а не великий князь, нес убытки.

В качестве примера я могу сослаться на только что упомянутый золотой рудник (Русский рудознатец нашёл место, попытался организовать рудник, но его бизнес прогорел — Прим. ред.).

В это время в Москве жил знатный английский купец — мой добрый друг — имени его я, по долгу чести, не могу назвать. Это был в общем искренний и доброжелательный человек, долго живший в Москве и ведший здесь выгодную торговлю. Когда он заявил и полагал, основываясь на особых качествах и знаках известной почвы, найти золотоносную жилу, великий князь согласился на поиски и даже, по поручительству, выдал на это деньги. Когда, однако, этому доброму человеку дело не удалось, работа и труды пропали даром, и собственного его имущества не хватило на то, чтобы заплатить взятые у великого князя взаймы средства, его посадили в долговую тюрьму.

Потом его, по представлении поручителей, опять выпустили, ему разрешено было ходить и просить денег у добрых людей, так что он мог собрать денег, чтобы удовлетворить великого князя и поручителей своих и выбраться из страны. О такой своей неудаче и о том, как судили его в России, он сам рассказал мне во время моего последнего пребывания в Москве — когда это событие происходило — весьма подробно и в очень трогательных выражениях...

Русские, в особенности из простонародья, в рабстве своём и под тяжким ярмом, из любви к властителю своему, могут многое перенести и перестрадать, но если при этом мера оказывается превзойденною, то и про них можно сказать: «patientia saepe laesa fit tandem furor» (Когда часто испытывают терпение, то, в конце концов, получается бешенство — Прим. ред.). В таких случаях дело кончается опасным мятежом, причем опасность обращается не столько против главы государства, сколько против низших властей, особенно если жители испытывают сильные притеснения со стороны своих сограждан и не находят у властей защиты. Если они раз уже возмущены, то их нелегко успокоить: не обращая внимания ни на какие опасности, отсюда проистекающие, они обращаются к разным насилиям и буйствуют, как лишившиеся ума.

Великий князь Михаил Феодорович прекрасно знал это обстоятельство. Поэтому, когда вернувшиеся в жалком состоянии из-под Смоленска солдаты стали сильно жаловаться на измену генерала Шеина, из-за которой и более высокое лицо не без причины подверглось подозрению, а [при дворе] на первых порах еще медлили с суровыми мерами против обвиненного, и, таким образом, грозило вспыхнуть всеобщее восстание, то приказано было обезглавлением Шеина дать народу удовлетворение.

Чтобы, однако, Шеин тем охотнее, без вреда для других, решился на это, применили к нему следующую хитрость: его убедили в том, будто выведут его только для видимости, но казнить не будут: «Лишь бы видел народ желание великого князя, а как только Шеин ляжет, сейчас же явится ходатайство за него, а затем помилование, и простонародье будет удовлетворено» Когда теперь Шеин, утешенный и полный надежды, которую ещё более усиливало доверие, по некоторым причинам питавшееся им к патриарху, — выступил вперед и лег ничком на землю, палачу был дан знак поскорее рубить: тот так и сделал, несколькими ударами срубив голову.

После этого, ещё в тот же день, сын Шеина, также бывший под Смоленском, по требованию народа, был, по их обычаю, кнутом засечен до смерти. Остальные друзья его немедленно же были сосланы в Сибирь; этим народ был удовлетворен, и мятеж прекратился. Произошло это событие в июне 1633 г.


Когда вступил на престол великий князь Алексей Михайлович и был ещё весьма молодым государем (В 16 лет, но до Ивана IV ему было далеко...), при нём оставался бывший его гофмейстер и воспитатель Морозов (И он, конечно, не поп Макарий!), по воле и хотению которого направлялись и великий князь и всё управление...

Вслед за тем устроилось и бракосочетание, состоявшееся в 1647 г., в 70 день [девятое воскресенье] перед Пасхой, на 22 году жизни невесты. Совершилось оно без особой пышности, в тишине, чтобы ни невеста, ни жених не подверглись волшебству — как это делается и как этого обыкновенно очень боятся.

Через восемь дней после царского бракосочетания боярин Борис Иванович Морозов справил свадьбу с сестрою молодой великой княгини (С Анной Милославской, младшей сестрой) и стал, следовательно, свояком его царского величества...

Соляной бунт 1648 года

В Москве принято, чтобы, по приказанию великого князя, ежемесячно все царские чиновники и ремесленники получали в срок свое жалованье; некоторым оно даже приносится на дом. Он же заставлял людей ждать целыми месяцами, и когда они, после усиленных просьб, наконец, получали половину, а то и менее еще того, они должны были выдавать расписку в получении всего жалованья.

Кроме того, были устроены разные стеснения для торговли и были заведены многие монополии; кто больше всего приносил подарков Б[орису] И[вановичу] М[орозову], тот, с милостивою грамотою, весёлый возвращался домой.

Ещё один [из чиновников] предложил готовить железные аршины с орлом в виде клейма. После этого каждый, кто желал пользоваться аршином, должен был покупать себе за 1 рейхсталер подобный аршин, стоивший на самом деле только 10 «копеек», шиллинг или 5 грошей. Старые же аршины, под угрозой большой пени, были воспрещены. Эта мера, проведенная во всех провинциях, доставила доход во много тысяч талеров.

Ещё иной, желая выслужиться перед казною его царского величества и снискать себе расположение, предложил, чтобы во всей России с соли, стоившей первоначально за пуд (т. е. 40 фунтов) 2 «гривны» или 10 грошей, бралась еще 1 «гривна» или пять грошей пошлин.

Он вычислил также, сколько тысяч подобный налог принес бы ежегодно в казну его царского величества. Однако через год пришлось вычислять, сколько тысяч было потеряно на солёной рыбе (её в России употребляют в пищу больше мяса), которая сгнила...

Беспредел во Пскове

...русскому купцу во Пскове Федору Омельянову от его царского величества было поручено купить это количество ржи («Натур-допплата» шведам по неравному обмену перебежчиками — Прим. ред.).

Этот последний, как грубый, своекорыстный человек, распространил смысл данного ему поручения дальше, чем полагалось, и не позволил никому из народа купить хотя бы четверик ржи, за исключением разве того, что он им уступал [как бы] из дружбы и по достаточно дорогой цене. При этом он указывал, что всё решительно, для уплаты долга его царского величества, должно быть послано короне шведской.

О чиновниках и приказах Кремля

В настоящее время управление и гражданский строй в России поставлены несколько лучше, и в самых судах и в правосудии наблюдаются иные формы, чем раньше. Хотя Милославский и Морозов и значат много, а патриарх вводит одно новшество за другим, тем не менее и другие вельможи в определенных государственных и частных делах имеют определенные предметы для заведывания, сообразно своему состоянию и своей должности.

В настоящее время при дворе обыкновенно имеется 30 бояр или государственных советников, изредка человека на два больше или меньше. Во времена Шуйского, говорят, было 70 бояр. С год назад, когда должна была начаться война под Смоленском, в Москве насчитывалось 29 бояр, имена которых следующие:

  1. Боярин Борис Иванович Морозов.
  2. Боярин [[Борис]] Никита Иванович Романов...

Когда перечисленным боярам и государственным советникам приходится обсуждать какие-либо государственные и иные важные дела, то эти собрания и совещания свои они имеют после полуночи, сходясь около 1 или 2 ч. в Кремль и возвращаясь к полудню, часам к 9 или 10.

Никаких решений, мнений, приказаний, договоров, назначений и т. п., издаваемых от царского имени, его царское величество не подписывает лично — как о том уже сказано выше. Все подписывается боярами и государственным канцлером и [лишь] скрепляется царскою печатью. Если же великий князь заключает мир или договор с соседними государями и должен подтвердить свое мнение, то это делается помощью присяги и целования креста...

Канцелярий, которые русские называют «приказами», в Москве насчитывается 33. Я их приведу здесь, называя одновременно и лиц, ныне ими заведывающих.

  1. «Посольской приказ», где рассматриваются государственные дела, дела всех послов и гонцов, а также дела немецких купцов. Здесь «думным дьяком» или канцлером Алмаз Иванов.
  2. «Розрядный приказ», где регистрируются имена и роды бояр и дворян и записывается прибыль и ущерб, понесенные в военное время. Заведывающим им является «думный дьяк» Иван Афанасьевич Гавренев...

Акты, процессы, протоколы и другие канцелярские вещи они записывают не в книги, а на длинных бумажных свитках. Для этой цели они разрезают поперек целые листы бумаги, приклеивают потом полосы друг к другу и свертывают в свитки. Иной из свитков длиною в 20, 30, даже 60 и более локтей. В канцеляриях можно видеть весьма много их, грудами сложенных друг над другом.

Полные версии описания Олеарием идиотизма, глупофилии и отпетого стяжательства русского чиновничества при полном попустительстве кремлёвского сидельца на троне — здесь, 0.9 Mb и здесь, 0.9 Mb.

блистательные налоговые новациираспил бюджетатотальная коррупция

Источник: [17.34]
Комментарии

Статья № 21
М. Романов и паникадило, 1638–1639

Царская грамота на Вологду: «О пожаловании в Вологодский Софийский собор медного паникадила весом в 28 пудов 10 фунтов»

В нынешнем 7147 (1639) году, марта в 12 день, государев трубник Иван Ходин паникадило большое, гладкое на Вологду, в соборную церковь Софии премудрости Божий, весом 28 пуд 10 гривенок, привез.

Источник: [21.56]
Комментарии

Статья № 22
Николаас Витсен, 1664

«Болтать — себе дороже; на всё — воля царя и Господа, а мы — людишки убогие...»

Беседы, которые велись с ними (С чиновниками Новгорода и Московии — Прим. ред.), были очень поверхностны: нужно хвалить их и их страну, и их царя, который превыше всего на свете. Это они охотно слушали, хотя мы говорили так, что в Голландии и крестьяне могли бы заметить насмешку.

Когда они пьют, то не поднимают стакан, а прежде чем пить, говорят, за кого пьют, и стакан идет по кругу. Наш посол сказал, что он счастливее, чем его отец, который часто и подолгу был послом в крупнейших странах мира, он же послан к самому великому монарху из всех. Говорили о времени нашего пребывания, об обратной дороге из Москвы, на что русские сказали: «Все зависит от воли Его Величества, сколько он захочет вас продержать и каким путём захочет послать вас обратно»

Я, разгорячившись, рассказал им, как у нас встречают русских послов, показывают им всё, вплоть до военного снаряжения и т. п. Спросил, почему они нас держат как в заточении и не пускают ни к валу, ни даже в город. «Без сомнения, — сказал я, — этот ваш город, как один из важнейших, наверное, всем снабжен, великолепен и достоин, чтобы показать его иноземцу». В ответ я услышал только: «Такова воля Великого Государя»

Источник: [17.39]

Статья № 23
Бальтазар Койэтт, 1676

Вся кремлевская рать:

Название канцелярий и приказов, находящихся в городе Москве

Канцелярия секретных дел находится наверху, у его царского величества; в ней всегда председательствует дьяк или вице-канцлер, имеющий почти столько же значения, как канцлер совета.
Посольский приказ, ведающий все иностранные дела; здесь председателем боярин Афанасий Лаврентьевич Ордын-Нащокин, а канцлером совета Дементий Башмаков.
Приказ или канцелярия военных дел государства с председателем канцлером совета Семеном Титовым.
Канцелярия по делам поместий и вотчин с председателем канцлером совета Герасимом Дохтуровым.
Канцелярия двора его царского величества; председатель — маршал боярин Богдан Матвеевич Хитрово.
Канцелярия по аммуниции; председатель тот же.
Канцелярия всякого рода золотых и серебряных дел.
Канцелярия великой казны; председатель — боярин Петр Михайлович Салтыков.
Канцелярия по судебным делам подданных двора его царского величества; председатель названный уже Хитрово.
Аптекарская канцелярия; при ней канцлер совета Лукиан Голосов.
Казначейство его царского величества; председатель — Афанасий Самойлович Нарбеков.
Канцелярия Московских судебных дел; председатель — стольник Никита Иванович Шереметев.
Канцелярия судебных дел Владимира и других городов.
Канцелярия стрелецкая; председатель — канцлер совета Ларион Иванович.
Казанская канцелярия; председатель — боярин князь Яков Никитич Одоевский.
Сибирская канцелярия; председатель — окольничий Родион Матвеевич Хитрово.
Канцелярия Малорусская; председатель — стольник Артемон Сергеевич Матвеев.
Канцелярия по делам всех иноземных офицеров; председатель — стольник и камергер его царского величества князь Иван Борисович Троекуров.
Канцелярия земской конницы; под тем же.
Канцелярия больших доходов или «Большой Приход»; председатель — Никита Михайлович Боборыкин.
Общая канцелярия под думным дворянином Прокофием Кузьмичем Елизаровым.
Новгородская канцелярия под председательством стольника Ивана Севастьяновича Хитрово.
Канцелярия по разбоям и кражам; под председательством окольничего Василия Семеновича Волынского.
Канцелярия по таможенным делам; под председательством канцлера совета Герасима Дохтурова.
Земский приказ или канцелярия подвод; председатель ее — канцлер совета Григорий Караулов.
Канцелярия города Устюга и других соседних мест; председатель — канцлер совета Александр Дуров.
Канцелярия государственной артиллерии; председатель — боярин князь Юрий Иванович Ромодановский.
Канцелярия челобитных; председатель думный дворянин Иван Богданович Милославский.
Канцелярия по делам рабов; под председательством стольника Стрешнева.
Канцелярия по делам монастырей; под председательством думного дворянина Семена Ивановича Заборовского.
Имеется еще много других приказов или канцелярий, которых мы не упоминаем.

У патриарха или праотца также три особых приказа или канцелярии, а именно:

Разрядный приказ или канцелярия, где записывались в книгу духовные имущества и где хранятся документы.
Судный приказ или канцелярия, где патриарх держит духовный суд.
Казенный приказ, куда вносится и где сохраняется казна и ежегодные доходы патриарха.

Источник: [17.41]

Статья № 24
Иоганн-Георг Корб, 1698–1699

В городах не бургомистры или значительнейшие граждане исправляют судейские обязанности, но дьяки, назначаемые царем. Дьяк с приданными ему в помощь писарями составляют приказ, то есть канцелярию, которая ведает всеми судебными делами. Кроме краткой описи хронологических чисел, формул судебных решений и некоторых до сих пор употреблявшихся обычаев, у москвитян нет никакого писанного права; воля государя и указ Думы считаются у них верховным законом. Уверяют, что какой-то дьяк собрал в одну книгу все права, постановления, указы, решения, законы и обыкновения, с древнейших времен наблюдаемые в Московии по делу судопроизводства, но этот свод законов до сих пор не имеет силы и законного употребления, и судьи не обязаны решать дела по этим законам. В 1647 году по воле великого князя Алексея Михайловича советники его, собрав законы и приведя их в порядок, составили книгу, известную под названием «Соборное Уложение». Но новый царь составляет новые законы, так как в государстве Московском одна только царская воля, по праву самодержавия, имеет законную силу...

Из обращения австрийского посла к приставу Посольского приказа по прибытии в Москву

«...если Нефимонов (Дьяк Козьма Никитич Нефимонов — Прим. ред.) оставил в Тарновице лошадей, впрочем, на содержании императорском, то к этому его побудило не что другое, как собственное непомерное корыстолюбие; приневоливать же его оставлять вне города лошадей никто и не думал. Притом Нефимонов чиновникам своим давал ежедневно едва половину того, что я расходую на своих скороходов, а именно, по показанию самого же Нефимонова, по шести денариев ежедневно на каждого. Мне самому из императорской казны ежемесячно отпускается по 1 000 империалов.

...надо заметить, что Нефимонов, последний царский посол при императорском дворе, никогда не давал верных отчетов царскому министерству о тех суммах, которые он ежедневно получал на свое содержание от Императорской Камеры; напротив того, значительно уменьшая в своих донесениях эти суммы, он еще в Вене вынудил меня обнаружить правду: я её раскрыл как личным моим изъяснением этого, так и показаниями домашних Нефимонова, отобранными у них судебным порядком... со стороны московских послов дело весьма обыкновенное по возвращении своём на родину подавать неточные отчёты о том содержании и о тех почестях, которые оказываются им иноземными государями, и это делается потому, что послы московские рассказами и представлениями о действительном содержании, которое им производится при иноземных дворах, боятся возбудить в своих соотечественниках зависть и жажду к дележу, что, разумеется, было бы прежде всего для них самих накладно»

22 мая 1698 г. Сегодня отправился в Вену к императорскому двору с дорогими подарками, состоящими преимущественно из мехов царской казны, родственник бывшего там недавно послом Козьмы Никитича Нефимонова. Новый посланный отправлен в звании великого посла.

14 марта 1699 г. Взяли в казну богатейшую лавку одного купца в наказание за какую-то вину. Купец, желая снискать себе покровительство постоянно упоминаемого Александра, был готов дать ему не менее тысячи рублей, лишь бы только тот принял участие в этом деле. Александр, покорыствовавшись такой большой суммой, старался уговорить управляющего в то время царской казной действовать с ним заодно, но нашел в нем более, нежели в себе, верности государю, и тот не согласился на то, чтобы недобросовестно набивать карман частного лица в ущерб государственной казне царя. При этой неудаче Александр осмелился погрозить ему, что если он не согласится на его желание, то он, Александр, найдет случай отомстить ему за его отказ и неуважение его ходатайства...

Когда мы уже совсем собрались в дорогу, подводчик известил нас, что ему отказывают в проезде через Вислу, пока он не заплатит за принадлежащих ему подставных лошадей обычной пошлины, называемой das Bruecken-Geld (Мостовое, нем. — Прим. ред.), но когда объяснили сборщику, что пошлина эта взимается только за перевозку собственной клади и что по этой причине подводчик не обязан платить за переезд, то он отказался от своего требования, и мы, проехав Лысоминице, Осташев и Гизиву, прибыли в епископский город Хелмно...

Очевидное подозрение Голицына и К° в лихоимстве

Между тем четырём отцам францисканцам дозволен проезд через Персию в Китай. Хотя царь и приказал доставить их даром по водяному пути и снабдить съестными припасами на всю дорогу до Каспийского моря, отправя их тем же способом, как прежде архиепископа анкирского, однако Голицын, наместник царств Казанского и Астраханского, который по своей должности обязан был по выезде царя в Азов принять этот труд на себя, не хотел ни в чём оказать им пособия (куда делись выделенные францисканцам «бюджетные» деньги?); по этой причине пришлось господину чрезвычайному послу (то есть австрийцам) принять на себя все эти расходы: плату за место на барке, снабжение достаточным количеством съестных припасов, вином, пивом, водкой, мясом, хлебом и мукой. Он один, по христианской любви, щедро снабдил путешественников всем нужным для такой дальней дороги, и отцы францисканцы, получив обильное продовольствие, отправились в дорогу.

4 ноября 1698 г. Указом правительства предписано всем, имеющим лавки на улице, смежной с Кремлем, уничтожить оные как можно поспешнее под опасением телесного наказания и лишения имущества. Утверждают, что распоряжение это сделано с целью придать городу лучший вид и больший блеск.

5 ноября. Вследствие вчерашнего повеления уже сносятся лавки, смежные с Кремлем: так необходимо здесь повиновение!

Множество благородных, которых называют «боярскими сынами», находится на ежедневной службе; но нет никакого приличия в услужении, никакой опрятности в служителях, и по суровости нравов, чуждых всякого образования, и по гадости служителей московский двор резко отличается от всех прочих европейских дворов.

В канцеляриях, которые москвитяне называют приказами, старший писарь именуется Алый. На нем лежит обязанность тщательно наблюдать, чтобы прочие усердно занимались своим делом. Однажды так много скопилось работы, что не только по дням, но и по ночам надлежало заниматься; между тем один раз Алый пошел домой отдохнуть, а за ним все младшие писцы также разошлись. На другой день думные дьяки, сведав о дерзости писцов, приговорили Алого как подавшего дурной пример к наказанию батогами. Писцов же, словно преступников, указали привязать к своим местам цепями и путами, с тем, чтобы они приучались писать безостановочно и днём и ночью.

Источник: [17.2]

Статья № 25
Иржи Давид, 1686–1689

Если сюда (В Московию — Прим. ред.) прибывают мастера или знатоки военного дела, то их нелегко отпускают, но любезно увещевают поступить на службу их величеств, а если они уж однажды соглашаются, то их потом с трудом отпускают или не отпускают вовсе.

Источник: [17.52]

Статья № 26
Письмо иностранца в Амстердам, 1648

Московский бунт 23 июня 1648 года. Рассказ очевидца

В 1648 году, 2-ого июня... его величество царь Всея России Алексей Михайлович... совершал ежегодную процессию. Случаем этим воспользовался народ, чтобы подать его царскому величеству некие прошения по поводу невыносимо громадных податей и налогов, которые в течение нескольких лет он был обременён, вследствие чего народ с жёнами и детьми впал в разорение... Бояре, окружавшие его царское величество приняли эти прошения и не только разорвали их на клочки, но ещё бросили эти клочки в лицо просителям, над которыми издевались и которых холопы или рабы их жестоко избили, и весьма многих посадили в заключение... стрельцы приняли сторону народа... ворвались в дом Бориса Ивановича Морозова (Реальный правитель страны — Прим. ред.)...

 Соляной бунт на Красной площади, 1648 г.  Худ. Э. Лисснер, 1938,   http://ic.pics.livejournal.com/pro100_mica/12814609/2327965/2327965_640.jpg
Соляной бунт на Красной площади, 1648 г. Худ. Э. Лисснер, 1938

Из дома Морозова толпа бешено повалила к дому Назария Ивановича Чистого, великого канцлера (дьяка) государства... Когда он из бани возвращался домой, бунтовщики, встретив его, избили дубинами и топорами... Затем, взяв его за ноги, они полумёртвого поволокли его вниз по лестнице и, как собаку, протащили таким образом через весь двор, после чего, раздев его, бросили после совсем обнажённого на навозную кучу, где окончательно и умертвили его...

Они толпою бросились к царскому дворцу, прийдя к которому, начали вызывать бежавшего Морозова, бежавшего Плещеева (Градоначальник, городской староста), равно как и беглеца Траханиотова (Нач. артиллерии), а также и его царское величество, требуя выдачи им беглецов. Тогда царь немедленно выдал им Плещеева с приказанием отрубить ему голову. Но народ был чересчур разъярён и, не желая ждать приведения в исполнение этого приговора, потащил Плещеева на торговую площадь, где его жестоко избили до синяков и чёрных пятен, после чего топорами разрубили на части, словно рыбу. Части эти, ничем не прикрытые, были оставлены разбросанными там и сям по площади...

Вдруг после обеда в пяти различных местах вспыхнул пожар страшный, который в течение 13 или 14 часов половину Москвы обратил в груду пепла. Во время этого пожара, как насчитывают некоторые, сгорело 10 000 домов... Число людей, погибших от огня, простирается приблизительно до 1 700... Некоторые из поджигателей были умерщвлены, другие посажены в заключение. Эти последние были подвергнуты пытке, причём сознались, что были деньгами подкуплены на это дело Морозовым, который хотел отомстить своим противникам... Морозов был отправлен в монастырь, называемый Кирилловским, находящимся в 14 милях за Вологдою, на реке Шексне... Морозов был послан туда в сопровождении 150 детей боярских или придворных дворян, 150 стрельцов или телохранителей и 100 сотников.
Упаси нас боже от дальнейших подобных бунтов...

Источник: [19.93]
Комментарии

Статья № 27
Непристойные речи Ивана Метёлки, 1623

Стоило кому-либо во времена Михаила Романова его имя проговорить в одной фразе, но не перед, а после иного любого имени... и тюрьма!

Оскольскій воевода Дмитрій Яблочковъ въ отпискѣ, полученной въ Розрядѣ 29 апрѣля, донесъ, что Оскольскій стрѣлецъ Минка Глазатой подалъ извѣтную челобитную на стрѣльца Ивана Метелку, Хлоповской тожъ, въ произнесеніи имъ непристойныхъ словъ. Допроса противъ челобитной доносчика и тѣхъ людей, на кого онъ слался, воевода прислалъ при отпискѣ челобитную и распросныя рѣчи.

Челобитная:
«Извѣщаетъ Оскольскій стрѣлсцъ Минка Глазунъ на Оскольекаго стрѣльца на Ивана Хлоповскаго. Дѣялося нынѣшняго 131 года февраля въ 10 день, передъ всеѣдною недѣлей, были мы на твоей государевѣ службѣ на Карачевѣ въ городѣ, а тотъ Иванъ у насъ десятникъ; да сталь на меня находить не по дѣломъ, и я тому Ивану учалъ говорить: такъ-то, Иванъ, на меня находишь, мнѣ на тебя бить челомъ государю! И тотъ Иванъ учалъ говорить мнѣ: „здоровъ бы былъ Никита Дмитріевичъ Воробинъ, да государъ“, а тебя, государя, назвалъ послѣ Никиты, отечества твоего государева и величества не узвышилъ. ИI я за то съ нимъ, Иваномъ, твое государево слово завязался, что тотъ Иванъ тебя, государя, назвалъ послѣ Никиты Воробина, а твое государское величество унижал». На оборотѣ: «къ сей челобитной соборной попъ Иванъ руку приложилъ»

Распросныя рѣчи:
«Лъта 131 года, Марта въ 29 день, пришедъ въ съѣзжую избу, стрѣлецъ Минка Глазатой въ роспросѣ сказалъ восводѣ Данилу Мосѣевпчу Яблочкову: слышалъ де онъ у стрѣльца у Ивашки Метелки, называлъ де онъ, Ивашка, воеводу Никиту Воробина государемъ, а называлъ де такъ: „да Споди де здорова былъ государь Никита Дмитріевпчъ Воробинъ“, а послѣ того молвилъ: „и царь, государь“, а именемъ де государя, царя и великаго князя Михаила &Theta:едоровича всеа русіи и отечествомъ не назвалъ; а взвышалъ де онъ, Метелка, Никиту Воробина при стрѣльцахъ: при Панкѣ Лѣнивомъ, да при Минкѣ Ненашего да при Антошкѣ Дождевѣ».
На оборотѣ: «Къ сей сказкѣ соборный попъ Иванъ руку приложилъ»

131 года, марта въ 29 день, воевода Данила Мосѣевичъ Яблочковъ допрашивалъ стрѣльцовъ, на которыхъ людей въ государевѣ, царевѣ и великаго князя Михаила &Theta:едоровича всеа русіи словѣ Минка Глазатой слался; и стрѣльцы, Панка Лѣнивый сказалъ по государеву, цареву и великаго князя Михаила &Theta:еодоровича всеа русіи крестному цѣлованью: слышалъ де я, какъ тоть Мина Глазунъ бранился съ Ивашкой съ Метелкою, и Ивашка де Метелка молвилъ ему Минѣ: «не почто де намъ къ Москвѣ, и у васъ на Осколѣ у насъ Москва! Да Споди де воевода Никита Дмитріевичъ Воробинъ здорова былъ», да послѣ того молвилъ: «и государь, царь и великій князь Михаилъ &Theta:едоровичъ всеа русіи».
Мишка Ненашевъ и Антошка Дождевъ по государеву крестному цѣлованью сказали тожъ.

Приговоръ:
«По государеву указу бояре приговорили: того стрѣльца Ивашка за то воровство бить кнутомъ по торгомъ и посадить въ тюрьму, чтобъ впередъ неповадно инымъ такъ воровать».

Государева грамота послана на Осколъ мая въ 1 день къ воеводѣ Данилу Моисѣевичу Яблочкову, а въ ней писано: «и какъ къ тебѣ ся наша грамота придетъ, и ты бъ стрѣльца Ивашку Метелку за то его воровство велѣлъ по торгомъ бити кнутомъ нещадно и велѣлъ его вкинуть въ тюрьму до нашего указу, чтобъ, на то смотря, неповадно было онымъ такъ воровать, непригожихъ словъ говорить»

Источник: [17.60]
Комментарии

Статья № 28
Г. К. Котошихин, † 1667

О дворех царских:
Казенном, Сытенном, Кормовом, Хлебенном, Житенном, Конюшенном.

Г.К. Котошихин, О России в царствование Алексея Михайловича, http://www.hist.msu.ru/ER/Etext/koto2.jpg
Г.   К. Котошихин, О России в царствование Алексея Михайловича

Казенной двор;
а в нем Приказ, а сидит в том Приказе казначей, а с ним два дьяка; и тот казначей думной же человек, и сидит в думе выше думных дворян.

 Москва, 1663
Москва, 1663

А на том дворе царская казна: золотая, серебряная, сосуды, и бархаты, и объяри, и отласы, и камки, и тафты, и ковры золотные и серебряные, и бархаты ж, и сукна, и объяри, и отласы, и камки, и тафты, и дороги, и киндяки, и шолки, и всякая домовая казна; и ис тое казны берут к царю, и к царице, и к царевичам, и к царевнам, что понадобитца на что с царского повеления, и роздают всякого чину людем в жалованье.

Да в том же Приказе скорнячников и  портных мастеров с 100 человек. А денежной приход в тот Приказ неболшой, толко с 3000 рублев, с посадцких торговых людей, которые в том Приказе ведомы, а будет их с 500 человек: и те денги роздают на жалованье подьячим и ремесленным людем...

Сытенной двор
имянуется потому, где питие держат; а в нем чиновные люди: степенной ключник да 4  человека путных, честию будут они против дворян.

А ведает тот степенной ключник царские погребы с питьями, и тем питьям приход и росход, такъже и казну судовую, серебряную и медную и оловяную; и учинен у него для записки приходу и росходу питья и для сыску и росправы дворовых людей Приказ, и повинен он на всякой день досматривать двора и питья и погребов...

Чарошники; чин их таков: как царь ест в обеде и в вечеру, и они носят пред него питье, а у них принимают столники и спалники; а будет тех чарошников с 12 человек, и посылаются по приказом в дворцовые ж села; а честию они будут против дворян меншой статьи.

Стряпчие; чин их таков: как путной или степенной ключники входят с поставцом, или и без них бывают они у поставца, и отпущают всякое пптье по чину ж; да они ж посуточно начюют на дворе, по переменам, и сидят у погребов для роздачи питья всякого чину людем, кому давать указано; да у них же ведомы суды серебряные, и оловяные и медные и деревяные, и принимают и роздают з запискою; а будет тех стряпчих с 40 человек.

Сытники; чин их таков: на Москве и в походех царских носят суды с питьем, и куды царю лучитца итти или ехати вечеровою порою, и они ездят и ходят со свечами; а будет их с пятдесят человек. И все те вышеписанные чины люди честные, и пожалованы денежным жалованьем и поместьями.

Винокуры, пивовары, сторожи, бочкари, которые вина курят, и пива варят, и меды ставят, и делают суды, и ходят по погребом и цедят и роздают питье; а будет их с 200 человек.

А исходит того питья на всякой день, кроме того что носят про царя и царицу и царевичей и царевен, вина простого, и с махом, и двойного, и тройного, блиско 100 ведер; пива и меду по 400 и по 500 ведр; а в которое время меду не доставает, и за мед дается вином, по розчету. А на иной день, когда бывают празники и иные имянинные и родилные дни, исходит вина с 400 и с 500 ведр; пива и меду тысячи по две и по три ведр и болши. Да пива ж подделные и малиновые и иные, и меды сыченые и красные ягодные и яблочные, и романея и Ренское и Францужское, и иные заморские питья, исходят кому указано, поденно и понеделно. И что про царской росход исходит, и того описати не мочно.

А будет на том дворе всех питейных погребов болши 30, кроме погреба что з заморскими питьями. И во всех тех погребах питья всякие стоят во лду, и бывает тот лед из году в год, от марта месяца до такова же времяни, бес пременения...

А вино подряжаются поставить уговорщики на дворце, торговые люди и кабатцкие откупщики, на год по 30,000 рублев и болши, и дают им из дворца на покупку и на завод денги, кто на сколко рублев подрядитца поставить; а по них собирают поручные записи, в том что им поставить на срок, против уговору, все сполна, вином добрым, пенным, а не пригорелым.

А кто по договору своему не поставит, и те денги, что даются им на покупку и на завод ис казны, доправят на порутчиках; а за вину уговорщика, которой уговоритца поставить, а не поставит, и у него возмут на царя дом и животы, да ему ж учинят наказание, бьют кнутом, чтоб иным неповадно было обманство чинить.

А подряжаются всякое ведро поставить на царском дворе на Москве по 8 алтын, и против здешнего счотом канна будет в два алтына; а когда бывает хлебу недород и дороговь, и тогда ведро бывает по 10 алтын.

Кормовой дворец;
а в нем степенной, да путных 2 ключника, стряпчих с 20 человек, подключников с 15 человек; и тех ключников, и стряпчих и подключников чин таков же, что и Сытного дворца ключников и стряпчих и сытников. А на которой день что доведется роздать готовить варить, каких еств про царя и про царицу и про царевичей и про царевен, и которые люди в его царском дому живут, и днюют и начюют, и как бывают столы на властей и на бояр, и кого кормят, такъже и про бояр и думных и ближних людей подачи повсядневно...

Да на том же дворе поваров мастеров и полумастеров и учеников, и судомоев, и водовозов, и сторожей, будет болши полутораста человек.

А готовят всякие ествы царю и царице и царевичам и царевнам, и в роздачю, и взносят в Верх, порознь, про кого что готовлено... А розойдется про царя и царицу и царевичей и царевен, и бояром в подачи, на всякой день, еств болши 3000, кроме иных вышеписанных росходов, и родилных и празничных дней.

А всякие сьестные запасы, про царской обиход и в роздачю, мяса живые и битые всякие животины, и птицы живые ж и битые всякие, и сыры и яица, и масло коровье и лняное и конопляное и ореховое, и крупы грешневые и просяные, и иные запасы, которые годятца, уговариваются ставить уговорщики во Дворце ж, против того ж что и винные, тысечь на 30 и на 40 рублев и болши, кроме того что приходит з дворцовых волостей с крестьян. И тех запасов которого году на царском дворе не доставает, и такие запасы покупают ис царские казны в рядех.

А для сметаны, и молока, и сыров, устроен под Москвою коровей двор, коров с 200, такъже и в ближних селех устроены коровьи ж дворы: и что от тех коров будет зделано сыров и масла, и то отдают на царской же росход.

А иные всякие съестные приправы покупаются у города Архангелского и на Москве у Немец, и в рядех.

А рыбные запасы привозят, зимою и летом, ис Понизовых городов, из Нижнего Новагорода, и ис Казани, и из Астарахани, и ис Терка, с царских рыболовных промыслов; и что остается за царским росходом всяких рыбных запасов, и то продают.

А бывают ис Понизовых городов рыбные запасы привезены: белуги и осетры просолные, болшие и середние и малые, да белуги ж и осетры розсечены по звенам в росоле в бочках, да белужьи же и осетрьи спины и черева сухие и вялые, да в бочках же просолные стерляди, ксенимаксы белужьи и осетрьи, да белужья ж и осетрья икра зернистая и поюсная стулами, вязига, белая рыбица вялая прутьем. Да из Великого Новагорода и из Ладоги рыбных же запасов, сигов, и лодоги, и сиговые икры, с 400 бочек на год. Да с Вологды, и от Архангелского города, и ис Колского острогу лососи, семги просолной с 20,000 берковеск...

Хлебенной двор;
а в нем степенной же ключник, да два путных стряпчих и подключников с 20 человек, хлебников и калачников и пирожных мастеров и сторожей с 50 человек, и чин у них таков же что и у Кормового двора людей. И учинен у того ключника, для записки приему и росходу хлебных запасов и для сыску и росправы, Приказ же; и роздача бывает против такого ж обычая веяного чину людем, как о том писано выше сего о Сытном дворе.

А дается царское жалованье дворовым всяких чинов людем, и подьячим, погодно, ис Приказу Болшаго Дворца, ис судных пошлин. Да всех дворцов винокуром, и сторожем, и поваром, и хлебником, и иным чином, царское ж жалованье даетца хлебное, четвертей по 20 и по 15 человеку ржи и овса.

А готовят на царском дворе хлебы и колачи, в роздачю всяким людем, без соли, не для жаления соли, но для чину такого.

А берут про царской обиход рожь и пшеницу с царского ж Житенного двора, и отдают молоть по царским мелницам, на Москве и по селам...

Житенной двор;
ведает его, и принимает всякой хлеб и роздает дворянин да подьячей, и будет на том дворе для хлебного приему с 300 житниц. А приход бывает тому хлебу и ис царских дворцовых сел, и ис Понизовых городов, и с поль что сеется на царя; а росход тому хлебу на всякой царской обиход, и в жалованье соборных и простых царских церквей попом и дьяконом и церковным причетником, и дворовым и иных чинов людем, и стрелцом.
Все те дворы, Сытенной, Кормовой, Хлебенной, Житенной, ведомы всякими приходы и росходы, и людми, в Приказе Болшаго Дворца, как о том писано ниже сего.

Конюшенной двор;
а в нем Приказ, при прежних царех сидели и ведали тот Приказ и двор конюшей боярин, а с ним товарыщи, яселничей, да дворянин, да два дьяка...

Столповые приказщики; чин их таков: приказано им смотрить, по человеку, седелную, санную, коретную, колымажную казну, и принимать и роздавать овес и сено, и надсматривать лошадей, и погодно посылаются они, по переменам, по приказом в городы и в села, на конские плащадки; а куды царь поедет в поход, и они ездят перед царскими лошадми, для бережения. А будет их с 15 человек.

Стремянные конюхи; чин их таков: как царь ходит в поход, или ездит по монастырем и по церквам, и они ездят и ходят за ним с плетью, и принимают ис под царя и держат лошади, и подводят, и ходят подле стремяни и около саней и корет; да они ж надсматривают лошадей, и посылаются по приказом же по конским площадкам. А будет их с 50 человек, и живут на Москве по полугоду, надвое разверстаны; а днюют и начюют на конюшне, по 4 и по 5 человек в сутки.

Задворные конюхи; чин их таков: в товарыщах бывают у столповых приказщиков, и принимают и роздают всякую казну, и овес и сено, с ними вместе и без них, и ходят за царем в походы, и посылаются по приказом же на конские площадки, и надсматривать лугов и сена царского и лошадей, и носят на Москве, как ездит царь по монастырем и по церквам, покровец, чем лошади покрывают, и приступ деревяной обит бархатом, с чего царь садитца на лошадь и сходит с лошади. А будет их в том чину человек с 40.

Стряпчие конюхи; чин их таков: на Москве, на конюшне, и в походех, чистят и кормят и поят и устраивают лошадей, и лошади под царя седлают, и кореты и сани наряжают. А будет тех стряпчих конюхов с 200 человек; да из них же бывают возницы.
Все те вышеписанные чины люди честные, и пожалованые годовым денежным жалованьем, и поместьями, и вотчинами.

Стадные конюхи, которые на Москв и в городех и по селам пасут лошади; а будет их блиско 200 человек.

Ремесленные люди: коретники, шлейники, седелники, коновалы, кузнецы, сыромятники, колесники; будет их со 100 человек.

А будет на Москве на царских дворех лошадей, на которых сам ездит, верховых, санных и коретных, со 150 лошадей; да лошадей же, которые годятца быти в колымагах и в каптанах у царицы и у царевен, с 50 лошадей; да лошадей же добрых, которые бывают под послы, и даются на съезды и на свадбы бояром, и на чом ездят приказные люди конюшенные, с 100 лошадей; да добрых же береженых лошадей с 3000; да середних и всяких лошадей, на которых ездят за царем в походех дворовые и конюшенного чину люди, и соколники, и стрелцы, и которые ходят во всякой работе на Москве и в городех и в селах, будет болши 40,000 лошадей.

А корм тем всем лошадям, овес и сено, собирают с конюшенных и дворцовых сел с крестьян, и с царских лугов, и с Подмосковных с монастырских вотчин, овсом и денгами; а чего не достанет в котором году, и овес берут з Житенного двора, а сено закупают в городех и по деревням на царские денги, а берут те денги ис Приказу Болшие Казны. А в том Приказе денежные доходы собираются толко с одной слободы, с торговых людей, которые в том Приказе; а будет их с 500 дворов, и соберется с них в год тягла блиско 3000 рублев. Да в том же Приказе ведомы Московские бани, и в городех; и с них бывают откупы и збирают денги на веру, и соберется с тех бань с 2000 рублев.


Изображения в более высоком разрешении можно выбрать в разделе Рефераты. Там же и ссылки на источники заимствования.

царские дворы Москвы

Источник: [17.112]

Статья № 29
Матвей Шаум, 1614

Интриги в Кремле и около. На погибель стране

Борис Годунов управлял государством
Самый младший сын был еще ребенок. Средний, Феодор, от природы был неспособен к правлению, туп, или лучше сказать, малоумен (болезнь Дауна — Прим. ред. ). Для того государственный шталмейстер, Борис Годунов, завладел рулем правления и все делал по своей воле...

Феодор становится Великим Князем
Дабы не было подозрительно и никто бы не мог заметить умысла совершенна завладеть скипетром, Борис велел короновать глупого Феодора Царем и Великим Князем, а сам по нем назвался Феодоровичем (?!). За сим он и спал и видел, как бы истребить древнее Великокняжеское колено и наперед умертвить младого Димитрия.

Супруга великого князя была бесплодна, а у Русских такое право и обычай, что ежели Великий Князь, или даже какой либо из мелких князей имеет бесплодную супругу, то он, с дозволения Патриарха, может с нею развестись и взять другую.

И потому Московское дворянство и всеобщий совет положилм препроводить Великую княгиню в монастырь, а Феодору дать другую супругу.

Хитрость Бориса
Но Борис умел отвратить сие и тайно согласился с Патриархом, чтобы сей не дозволял развода и нового бракосочетания. Между прочими причинами он представлял, что из сего произойдет великое несогласие, война и кровопролитие, ибо молодой Князь Димитрий свеж и здоров и уже достигает зрелых лет.

Сими причинами, а более подарками убежденный Патриарх между тем уговорился с Борисом немедленно запереть в монастыре ту девицу, которая, как способнейшая к деторождению, представлена была в супруги. Ее тотчас постригли в черницы и никто не смел пикнуть.

Когда его предприятие удалось благополучно, то он старался сбыть с рук Димитрия до совершенного его возраста. Тогда Димитрий жил в Угличе. Борис Гoдyнов преклонил некоторых Димитриевых прислужников (юнкеров) к измене и подарками подкупил их умертвить своего господина.

А чтобы всему тому сообщить большую благовидность и более быть обеспечену, он послал туда с своими слугами вельможу, князя Василья Ивановича Шуйского, для узнания, точно ли то был Димитрий по природным его признакам (именно по бородавке на носу и по одной руке, которая была длиннее7.

Великий Князь умирает
Beликий Князь Феодор Иванович сложил с себя корону и скончался в 1594-м году. Некоторые думают, что Борис, по Русски, отравил его ядом. Но когда Феодор лежал на смертном одре то государственный совет предстал пред него и спросил кого избирает на свое место Великим Князем, или, по крайней мере, кому хочет подать свой голос (ибо наследников не было)? Тогда он ответствовал: кому напоследок вручу свой скипетр, тот должен быть Великим Князем. Приметя приближающуюся кончину и, по своей вере, облекшись в монашескую одежду, подал он скипетр Никите Романовичу, ближайшему своему другу.

Cиe весьма огорчило Бориса, и поелику он имел полную власть, как государственный шталмейстер и военачальник, то, взяв войско, пошел к Серпухову против Татар, которых несколько тысяч расположилось там лагерем, заключил с ними мир и обязался платить им ежегодную дань. Проводив Татар, Борис приметил, что нельзя утаить шила в мешке, сбросил с себя личину и начал открыто действовать, уговорил и преклонил войско гладкими словами и обещаниями объявить его, вопреки всеобщему совету и выбору Российскогo дворянства, Царем и Великим Князем и присягнуть в верной службе.

Борис Годунов делается Великим Князем
Тогда Борис прибыл с войском в Москву и никто не смел против него пикнуть. Все одобрили выбор войска и короновали его.

Смутное времякремлёвские интригиразвал страныразлад славянского мира

Источник: [17.138]
Комментарии

Статья № 30
Г.-А. Шлейссингер, 1687

К. Цари держат большой двор?
Ф. Разумеется, двор там большой и притом — по русскому обычаю — полон многочисленных бесполезных слуг и челяди. Считается, что в этом и состоит основной признак роскоши. Часто встречается боярин или даже стольник, то есть дворянин, который держит несколько сот холопов.

около-Кремлёвская челядьэффективность управленияне умением но числом

Источник: [17.139]
Комментарии

Статья № 31
Яков Рейнтенфельс, 1671–1673

О приказах, или присутственных местах

Дабы в столь обширном государстве отдельные дела велись более подобающим образом и в большем порядке, мосхи препоручили много присутственных мест, в простонародье называемых приказами или канцеляриями, почти бесчисленному количеству дьяков или писцов для тщательного ведения. Из них следующие четыре почитаются как бы главенствующими между остальными.

Посольская четверть, где ведутся дела с чужеземными государями, послами и даже купцами-иностранцами, в котором в наше время с великою славою председательствовал Артамон Сергеевич.

Разрядная четверть, где ведутся записи о состоянии бояр и дворян и их служб, а также отмечаются мирные и военные приобретения и потери и владения всего государства. Из него же получают предписание отправляться и наказ воеводы пред отъездом их в области и царства.

Поместная четверть ведет список поместьям, пожалованным от царя за заслуги, и разбирает споры, возникшие из-за купли, продажи и наследства.

Казанский и Сибирский дворец ведает дела Казанского, Астраханского и Сибирского царств, богатый доход от мехов и благоустройство ненаселенных стран, число коих с каждым днем увеличивается.

Эти присутственные места, в совокупности взятые (если прибавить к ним еще три главнейших вышеназванных), соответствуют вполне семеричному сенату в Китае — мало того, если кто внимательно присмотрится к сути дела, то увидит бесконечное количество китайских обычаев у мосхов, чему, кажется, причина двойная: та, что весьма многие обычаи всех азиатских народов схожи между собой, и та, что многие обычаи были переняты русскими у татар, которые одинаково владычествовали над китайцами и над Московией.

За этими приказами следует большое количество таковых же, приблизительно в следующем порядке: Дворцовый приказ — обсуждает дела, вообще касающиеся дворца, Иноземский — распоряжается иностранцами, служащими в военной службе, и другими, кои почему-либо не подчинены другим приказам. Рейтарский — заведует конницей, набранной большею частью из туземцев дворян, и уплачивает им жалованье. Большой приход, куда сборщики или гости представляют отчеты о доходах с пошлин в гаванях и т. п., где устанавливаются цены, вес и мера и уплачивается месячное и годичное жалованье многим служащим.

Судный володимирский приказ, который бояре считают своим исключительным судилищем по древним установлениям. Судный московский, куда призываются на суд стольники, стряпчие и прочие придворные служащие и граждане. Разбойный — судит разбойников, воров и всякого рода преступников, подвергает их пытке и постановляет приговор сообразно с преступлениями. Пушкарский — заведует литейщиками колоколов и пушек для войны, кузнецами и всеми мастерами, изготовляющими что нужно для вооружения, заготовляет вперед все необходимое и заботится вообще о военных снарядах- Ямской, откуда по приказанию царя быстро рассылаются по всем направлениям гонцы, скороходы и ямщики, что весьма схоже с древнеперсидскими ангарами. Челобитный — принимает письменные прошения и возвращает их с надписанным решением. Земской, куда жители города Москвы отправляются на суд, где утверждаются купчие и другие договоры, а также принимаются пошлины с домов, застав, мостов и т. п.

Холопий — заботится о рабах, записывает имена тех, которые отдают самих себя на известное время, или совсем продающихся другим в рабство, что у русских называется кабалою. Большой красный — в котором хранится царская казна, излишек доходов, золотая и серебряная парчи, шелковые ткани, разного рода одежды, ковры и дорогие палатки. Казенный — ведает дела, касающиеся торговли, откупщиков и купцов из туземцев и, в особенности, тех, кто заключает какой-либо договор с царём.

Монастырский — чинит суд над священниками, монахами и всем духовенством в светских делах. Каменный — которому подчинены мастера, плотники и каменщики и все, что касается городских построек, и который доставляет гражданам необходимое количество леса, железа и камня. Новгородский — ведает дела и доходы того и другого Новгорода- Галицкий — куда направляются дела по правовым и судебным вопросам Галиции, бывшей некогда царством.

Новый — куда все питейные дома, продающие водку, пиво и мед, представляют свои отчеты и вырученные деньги и откуда им отпускаются напитки- Костромской — который разбирает дела Устюжской и Холмогорской областей. Золотой и Алмазный, или Златая храмина, в котором хранятся сокровища царя, сосуды и украшения из золота и серебра и громадное количество драгоценных камней. Во время нашего пребывания в Москве царь к этим сокровищам присоединил еще один алмаз необыкновенной величины, вывезенный из Восточной Тартарии, и стоимость которого торговцы с трудом могли определить. Ружейный, в котором изготовляется и хранится всякое оружие, знамена и все прочее, необходимое для пышных военных торжеств. Аптекарский, в котором собираются для исполнения своих обязанностей царские лекари, хирурги и аптекари. Таможенный, где собирается пошлина с разных товаров в городе Москве, и который ежегодно дает об этом отчет приказу Большого прихода. Сбора десятой деньги, в котором производится сбор десятой деньги с имущества на необходимые военные издержки.

Сыскной, наконец, разбирает новые тяжбы, в точности не подходящие ни к какому иному приказу. Но, кроме этих приказов, есть еще несколько, менее важных, во-первых, по военным делам, а также и те три, которыми заведует патриарх и которые мы опишем несколько ниже. По приведенным же образцам правления управляются и все остальные русские царства и области.

Министерства РусиПриказы Кремляуправление государствомчиновная рать

Источник: [17.146]

Статья № 32
И.А. Желябужский

А по приказом сидели судьи:

В Московском судном приказе: стольник князь Яков Федоров сын Долгорукой. Товарищ ему был Михайло Петров сын Беклемишев.
В Володимерском судном приказе сидел окольничей Александр Петровичь Протасьев. Товарищ ему был стольник Семен Алексиев сын Языков.
В иноземном приказе, думной дьяк Автомон Иванов.
В Казанском приказе, боярин князь Борис Алексеевич Голицын, да боярин Василий Аврамовичь Лопухин, да думной дьяк Прокофей Возницын.
В стрелецком приказе сидел боярин князь Иван БорисовичьТроекуров.
В поместном приказе, боярин Петр Васильевичь Шереметев, да думной дьяк Протасей Никифоров.
В холопьем приказе сидел окольничей Федор Тихоновичь Зыков, а прежь сего он был в подъячих площадных, а сидел в розрядных сенях, и ныне записки ево руки у многих людей есть.
В Розряде сидел боярин Тихон Никитичь Стрешнев, да думной дьяк Перфилей Оловянников. Да он же боярин ведал приказ большаго дворца, также конюшенной приказ и каменной приказ.
А в приказе большаго дворца сидел думной дьяк Гаврила Федоров сын Деревнин.
В государственном посольском приказе, думной дьяк Емельян Игнатьев сын Украинцов.
В ямском приказе сидел боярин Кондратей Фомичь Нарышкин.
А в печатном приказе думной и печатник Дементей Миничь Багамаков.
В сытном приказе, боярин князь Михайло Ивановичь Лыков. Товарищ ему был думной дворянин Викула Федоровичь Извольской.
В большой казне, боярин князь Петр Ивановичь Прозоровской. Товарищ ему был окольничей Михайла Тимофеевичь Лихачев, а прежь сего он был на дворце сытник.
В земском приказе сидел боярин кяязь Михайла Никитичь Львов. Товарищ ему был стольник Иван Никитин сын Борнеков.
В патриаршем приказе сидел окольничей Михайла Ивановичь Глебов.
В судном дворцовом приказе сидел думной дворянин Иван Ивановичь Щепин.
А в Преображенском сидел и Преображенской полк с начальными людьми ведал ближней стольник князь Федор Юрьевичь Ромодановской. И всякие розыские в Преображенске бывали.
А в Семеновском сидел ближней стольник и генералиссим Иван Ивановичь Бутурлин и Семеновской полк с начальными людьми въдал он. И всякие розыски в Семеновском бывали, также всякие дела по челобитью изо всех приказов бирывал, и по тем делам указ всяки чинил.

Совет министров при ПетреМинистерства Руси18 Приказов Кремля в конце XVII

Источник: [18.149]
Комментарии

Статья № 33
Л. Ф. Писарькова

По подсчетам Н. Ф. Демидовой, к концу XVII столетия в центральном и местном управлении было занято около 4,7 тысячи дьяков и подьячих. Вместе с начальниками приказов (судьями) и правителями приказных изб (воеводами) они составляли чуть больше пяти тысяч человек.

Вопреки мнению современников, писавших о «почти бесчисленном количестве» приказных людей, по отношению к численности населения их было немного. В 1698 году один служащий приходился на 2250 жителей России (из расчета 11,2 миллиона человек по сведениям на 1678 год), тогда как во Франции, являвшейся одной из наиболее «бюрократических» стран Европы, уже в 1665 году насчитывалось 46 тысяч чиновников при населении в 18 миллионов человек, т. е. их соотношение было 1 к 390. Таким образом, французских чиновников было почти в шесть раз больше, чем русских. Учитывая, что по территории Франция в восемь раз уступала Европейской России (полмиллиона квадратных километров против четырех миллионов) и в 30 раз Российскому государству в целом (15 миллионов квадратных километров), можно только удивляться, как управлялась и сохраняла государственное единство огромная и слабо населенная Россия, располагая таким малочисленным аппаратом.

Данные следующего века >>

эффективность работы чиновников

Источник: [21.116]
Комментарии

Статья № 34
Л. Ф. Писарькова

Государственная служба в России начиналась с принятия присяги. Уже в XVII веке предписывалось без присяги «дьякам в приказах не сидеть и никаких дел не делать».

Условия службы чиновников. Помещения и служебный быт

При царе Алексее Михайловиче большинство приказов размещалось в Кремле (между Архангельским собором и Спасскими воротами) в двухэтажном каменном здании, построенном еще при Борисе Годунове...

В 1660-е годы в приказах появились шкафы для хранения бумаг, а в 1671 году в Малороссийском приказе — первые стеклянные окна.

Продолжительность рабочего дня чиновников

Целый ряд указов регламентировал время пребывания чиновников на службе. В 1658 году в приказах был установлен 12-часовый рабочий день, в 1680 году его продолжительность сократилась до 10 часов. «Начальным людям и дьякам и подьячим, — гласил указ, — сидеть в день 5 часов и ввечеру 5 часов». По современному счету времени зимой работа учреждений заканчивалась после 22 часов; не случайно иностранцы считали, что бояре собирались в Думу по ночам.

По Уложению 1649 года приказы закрывались на Рождество, Богоявление и другие большие праздники, на Масленицу, первую неделю Великого поста, Страстную и Пасхальную недели, а также царские дни. Кроме того, были два неполных рабочих дня в неделю: в субботу работали до обеда, а в воскресенье — только после обеда. Исключение представляли самые важные приказы: Разрядный, Посольский и Большого Дворца, где работа не прекращалась и в праздничные дни, а в случае необходимости продолжалась и ночью.

условия службыпродолжительность трудового дняотпускные по церковным праздникам

Источник: [21.117]

Статья № 35
Кремлёвская бухгалтерия

Записная книга Московского стола, 1626, мая 3 — 1627, августа 31

Мая в 20 день, указал государе быти во Ржеве воеводе Лукяну Иванову сыну Плещееву на княжь Петрово мест Збарецкого, а князе Петр Збарецкой во Ржеве умер.

Мая в 21 день, великий государе, святейший патриарх Филарег Никитич московский и всея Pycии, пожаловал к ce6е государю в столники князя Бориса княже Ондреева сына Засекина: приходил стряпчей Кир Патрекеев и ко кресту в розряде князе Борис приведен: а наперед того ни в каком чинv не был.

Июля в 12 день, великий государь, святейший патриарх Филарет Никитич московский и всеа Pycии, пожаловал Дмитрея Закунина сына Шишкова, велел ему быти у себя государя в столниках, а до столничества ни в каком чину не был. Приходил стряпчей Кир Патрекеев, и ко кресту Дмитрей Шишков приведен того ж дни.

Того ж дни были у государя у стола, на ево государев ангел, отец ево государев, великий государе, святейший патриарх Филарет Никитич московский и всеа Pycии, и власти.

Записная книга Московскаго стола, 1633—1634 гг.

В прошлых годех, в 140, и в 141, и в нынешнем в 142 году в приказех:

На козенном дворе, у большие казны, и  в стрелетцком и  в иноземском приказех боярин князь Иван Борисович Черкаской; а с ним у большие казны Тимофей Васильев сын Измайлов, да дьяки, Назар Чистой да Степан Кудрявцов.
В стрелетцком приказе дьяки Иван Нестеров, Сергей Матвеев.
В иноземском приказе дьяк Григорей Нечаев. И в марте Тимофей Измайлов отставлен.

В казанском дворце боярин князь Дмитрей Мамстрюкович Черкаской, да дьяки Федор Панов да Иван Переносов.
В розбойном приказе боярин князе Юрея Яншеевич Сулешов, да Яков Васильев сын Колтовской, да дьяк Григорей Теряев.
В пушкарском приказе боярин князь Олексей Юреевич Ситцкой, да дьяки Микифор Талызин да Сава Самсонов.
В ямском приказе боярин князь Борис Михайлович Лыков, да дьяки Федор Опраксин да Василей Яковлев.

В судных приказех: в володимерском князь Петр княж Иванов сын Пронской да Микита Дмитреев сын Вельяминов, да дьяк Калистрат Жохов.
В московском боярин Семен Василеевич Головин, да дьяк Марко Поздеев.

Во дворце околничей князь Олексей Михайлович Лвов, да дьяки Гарасим Мартемеянов да Максим Чирков.
В помесном приказе околничей Василей Гаврилович Коробьин, да дьяк Михайло Олфимов, да Бажен Степанов, да Фектист Тихомиров.

В челобитном да в казачье приказе околничей князь Григорей Костянтинович Волконской, а с ним в челобитном приказе дьяки Яков Ключарев да Онисим Трофимов.
В болшом приходе Иван Иванов сын Боклановской, да дьяки Семен Дохтуров да Григорей Протопопов.
В каменном приказе Степан Иванов сын Исленьев, да дьяк Федор Витовтов.
На конюшне яселничей Иван Василеев сын Биркин, да дьяк Посник Трофимов.
На земском дворе Степан Матвеев сын Проестев да Василей Васильев сын Сьянов, да дьяк Офонасей Костяев.
В холопье приказе князь Иван княж Федоров сын Волконской, да дьяк Третьяк Копнин, да Первой Неронов.

распоряжения кира Филаретатеократическое государства XVIIминистры правительства XVIIприказы Кремляминистерство рабов

Источник: [19.207]






Пользовательское соглашениеО сайтеПосодействоватьОбратная связь

ПОБЕДИТЕЛЬ ИНТЕРНЕТ-КОНКУРСА «ЗОЛОТОЙ САЙТ»
Победитель XIII Всероссийского интернет-конкурса «Золотой сайт» в номинации «Познавательные сайты и блоги»Победитель интернет-конкурса «Золотой сайт»

© Lifeofpeople.info 2010–2017

0,077