▲ Наверх


Встарь, или Как жили люди


Гравюра
Искать: статьи комментарии автора источники

Встарь → Разделы и темы → Регулирование финансовых потоков и людских ресурсов → Грабежи, разбои и рейдерство властных структур → Славяне и российские этносы (XIX век)

26. Регулирование финансовых потоков и людских ресурсов

26.2. Грабежи, разбои и рейдерство властных структур. Славяне и российские этносы (XIX век)

Ростопчин, Горихвостов, Б…ръ

Статья № 1
Ф. В. Ростопчин, 1812

Губернатор Москвы комментирует агитки Наполеона

Бюллетень Наполеона № 20 отъ 17-го Сентября:
— Эта потеря неисчислима для России; если оцѣнить то в нѣсколько тысячъ миллiоновъ, то еще не велика будетъ оцѣнка.

Ф. В. Ростопчин:
— По изчисленію, сдѣланному Коммиссіей, убытки произведеные пожаромъ и войною, какъ въ самомъ городѣ, такъ и въ Московской Губерніи, не превышали З21 милліона рублей; такимъ образомъ, это еще слишкомъ далеко отъ нѣсколькихъ тысячь милліоновъ.

сфера влиянияпассионарное напряжениеинерционная фазаборьба за ресурсыНаполеон

Источник: [19.165]

Статья № 2
А. З. Горихвостов, 1822–1823

В составе Российской империи с XVII: Ногайская орда → Сибирское Царство → Казахское ханство

…решили сей аул разграбить, поставя в вину, зачем дали злодеям прибежище. Аулы сии состояли всего в 20 кибитках, которые [они] разграбили совершенно. Хотя тотчас подошла и вся партия, но унять [их] не было уже возможности, тем более, что прочие, увидя товарищей при порядочной добыче, не слушали султана, бросились и не только разобрали одежду, ковры и всю мелочь хозяйственную, но и самые кошмы с кибиток разобрали и дерево. А как бий Умбет Сюнет, начальник сих аулов, и киргизцы были довольно зажиточны, то каждый из партии получил на часть свою, кроме одежды и прочее из домашних мелочей, по три барана, и еще на всех досталось сорок верблюдов, а лошади, как паслись далеко, то уцелели…

А около 2 часов полудня прибыли с Илека братья высокостепенного — султаны Алгазы Тяука, Токкуже, Биймухамет Айчуваковы, Абулшамет Адилов с партией до 370 человек, и по совещании с высокостепенным положили, что как киргизцы урмантаевского подотделения, состоящие не более в 600 кибитках, целое лето производили грабежи на линии, так и в Орде, то разграбят [их] всех до основания, а сопротивляющихся без всякого платежа куна умертвят…

[Февраля] 3. Получив известие, что самые те злодеи, кои убили султана Ишгазы Ширгазиева, как родственники числом слишком триста человек бимтевского, бузбетского подотделений угнали с речки Конус называемой в 20 верстах от Красногорска, табуны таминского и табынского отделений, киргизцам принадлежащих, числом 1 700 и что лишь хозяева лошадей оных осведомились о похищении коих, собравшись до 85 человек, пустились в погонь и около Илека, хотя и догнали табуны свои, но, будучи робки и худо вооружены, решительного нападения сделать не осмелились. Напротив, похитители были отважнее и… табынцев и таминцев, с Урала пришедших, рассеяли и почти всех без исключения много ли мало изранили и, отобрав от них лошадей и одежду, пустили пеших нагишом…

[Мая] 17. В 3-м с половиною часа полуночи злодеи, большею частью акитинского отделения, в числе 37 человек, в одной версте от высокостепенного, напали с ужасным визгом на аулы султанов Юсупа Нуралиева и Мендияра Абдулгазиева и братьев его Багана Ирысянова и отогнали табуны…

Казахстанжузыграбежимеждоусобицаборьба за ресурсы

Источник: [19.166]

Статья № 3
К. Б…ръ, 1858

Из воспоминаний о 1812 годе в Москве

Мы жили на Тверской, въ домѣ княгини Трубецкой, противъ церкви Благовѣщенія... что живо осталось въ моей памяти, такъ это русскіе раненые, которыхъ двое или трое сутокъ везли мимо насъ изъ-подъ Бородина, въ телѣгахъ, по нѣскольку человѣкъ въ каждой: немногіе изъ нихъ сидѣли, большая часть лежала, иные шли пѣшкомъ; этихъ жители зазывали къ себѣ, кормили и, чѣмъ могли, имъ помогали. Съ этой поры Москва быстро стала пустѣть — кто только могь, уѣзжалъ, платя въ тридорога за лошадей, а подъ-конецъ нельзя было достать ихъ ни за какія деньги. Многія семейства отправлялись пѣшкомъ, увозя дѣтей и имущество въ ручныхъ телѣжкахъ. Почти наканунѣ занятія непріятелемъ города, мы перебрлись въ Сущево, въ домъ нашего родственника, уѣзжавшаго также на то время изъ Москвы.

 Москва, 1808
Москва, 1808

...бросились иаверхъ, въ свѣтелку, окно которой выходило прямо противъ оконъ дома каретника. Смотримъ: самъ хозяинъ, огромный, тучный старикъ, въ курткѣ, бѣгаетъ по комнатамъ, а за нимъ французъ, съ саблей въ рукахъ, подчуетъ бѣдняка фухтелями, допытываясь, какъ послѣ разказывали, гдѣ спрятаны у него деньги...

Калитку отперли, и онъ (отец) вошелъ съ смущеннымъ видомъ. Все на немъ было цѣло: фракъ, шляпа, перчатки, трость, но сапоговъ не было; они понадобились французскимъ гренадерамъ, повстрѣчавшимся ему на дорогѣ, которые, вопреки всѣмъ его доводамъ, на ихъ родномъ языкѣ, «что такой-де поступокъ неприличенъ храбрымъ воинамъ великой націи», присовѣтовали ему не задерживать ихъ и поскорѣй разуться...

На слѣдующее утро насъ рано поднялъ шумъ. По всему околотку, изъ дому въ домъ, бѣгали толпы французовъ и грабили, забирая преимущественно съѣстное и что поцѣннѣе — мѣдныхъ денегъ не брали. Въ то же время раздавались крики: «Москва горитъ!» Дымные столбы стояли близехонько — горѣлъ Каретный рядъ...

Также вышли и офицеры. Они, действительно, оказались порядочными людьми: вели приличный разговоръ, выпили кофей, превѣжливо за него поблагодарили, а серебряныя ложечки положили къ себѣ въ карманы. Но это, говорятъ, были не настоящіе французы, а какіе-то Бельгійцы или Альзасцы, не помню, и принадлежали не къ строевому войску, а къ фурьерской, или другой какой-то подобнаго рода командѣ... Разсыпаясь по всѣмъ закоулкамъ, погребамъ, сараямъ, чердакамъ, заглядывая въ печки, подъ печки, они вездѣ перерывали и перешаривали; но ни золота, ни серебра не находили — къ счастію, или несчастно, у насъ ихъ и не водилось: кой-какое серебро столовое было зарыто въ саду, въ самомъ глухомъ мѣстѣ, наканунѣ, тотчасъ по уходѣ вѣжливыхъ офицеровъ, пившихъ кофей...

Отецъ воротился съ даннымъ ему часовымъ уже подъ-вечеръ, когда грабежъ началъ стихать, и посѣтителей являлось все меньше и меньше. Однакожь, и караулъ этотъ не обошелся безъ продѣлки. Прежде всего часовой потребовалъ уплаты впередъ, объяснивши, что посвящая себя на охраненіе насъ, онъ остается въ убыткѣ противъ товарищей, которые употребятъ это время съ большею для себя пользой. Что было дѣлать? Денегъ ни у кого не оказывалось. Рѣшились сдѣлать сборъ, кто чѣмъ можетъ... Располагаясь на ночь у бесѣдки нашей карауломъ, онъ потребовалъ себѣ постель, халатъ и колпакъ; снявши съ себя ранецъ и киверъ, и приставивъ ружье къ стѣнѣ, онъ облекся въ халатъ поверхъ мундира, натянулъ на голову по самые усы колпакъ, и улегся въ постель... Въ продолженіе ночи приходили нѣсколько разъ мародёры; часовой вставалъ тотчасъ, надѣвалъ киверъ, бралъ ружье и какимъ-то магическимъ словомъ заставлялъ ихъ тотчасъ уходить. Но ужъ какое было это слово, не знаю; помнится, какъ объяснялъ тогда отецъ, солдатъ объявлялъ имъ, что поставленъ тутъ, по приказанію какого-то герцога...

Между тѣмъ Москва пылала, но наша сторона: Новая слобода, Подъ-вязками, улица, идущая къ тюремному замку, и прилегающее къ нимъ со стороны институтовъ переулки — оставались внѣ пожара и уцѣлѣли. Тутъ расположилась италіянская гвардія... Такимъ образомъ мы жили покойно; за обѣдомъ сбиралось все наше общество, иногда приглашался кто-нибудь и изъ постороннихъ — сослуживцевъ нашихъ постояльцевъ. Разговоры были всегда шумные и живые. Со стороны нашего семейства могъ въ нихъ участвовать только отецъ, который иногда и переводилъ для остальныхъ, не знавшихъ по-французски. Постоянною темою была война, и Итальянцы страшно ругали Наполеона; только докторъ Гуссаръ, родомъ Французъ, грудью отстаивалъ его, покрывая всѣ голоса своимъ густымъ басомъ...

Выходъ Французовъ изъ Москвы былъ самый быстрый. Помнится, вслѣдъ за приказомъ выступать, постояльцы наши тотчасъ же и выбрались. Сердечный Кантинн, какъ былъ, такъ и отправился — въ одной куртке съ голой шеей, à l’enfant, и до половины обнаженными икрами. Какъ-то встретился онъ съ русскими морозами. Хорошъ былъ и докторъ: этотъ все время подтрунивалъ надъ нашими холодами, и бравурствуя, спалъ всегда съ открытымъ окномъ, а на дорогу заготовилъ себѣ на вате шелковую фуфайку, въ полной уверенности, что въ ней вынесетъ всякую стужу. Тогда, действительно, сентябрь стоялъ чудесный, совершенное лето, и ввелъ въ заблужденіе добраго доктора, но за то и разочарованіе его было, я думаю, жестокое — а можетъ, онъ и не дожилъ до него.

Въ это время последовалъ взрывъ въ Кремле... Обозъ непріятельскій выступилъ на другой день; между тѣмъ въ городе разъезжали ужь казаки, и ходили толпы крестьянъ. Разъ я стоялъ у калитки: вижу, изъ-за угла повертываетъ въ нашъ переулокъ телѣга, въ одну лошадь, нагруженная ружьями; при ней солдатъ, и знакомый, ходившій часто къ капитану Савини, видный, чрезвычайно большего роста молодой человѣкъ, который меня всегда ласкалъ. Лишь только поравнялся онъ съ нашимъ домомъ, слышу, съ противоположной стороны раздался крикъ, и человѣкъ 7-8 мужиковъ бросились на него: одни вцѣпились ему въ волосы, другіе стали бить; наконецъ, одинъ выхватилъ изъ телъги ружье и, поражая прикладомъ прямо въ лицо, потому что голову загнули ему назадъ, нѣсколькими ударами сбилъ его съ ногъ...

Вскорѣ вошла въ городъ легкая русская кавалерія: отецъ тотчасъ пошелъ смотрѣть, взявши и меня съ собою. Какъ теперь гляжу: начиная съ Каретнаго ряда виднѣлись однѣ обгорѣлыя стѣны и торчали закоптѣлые остовы трубъ посреди безобразныхъ грудъ обвалившихся кирпичей и мусора; по Петровскому бульвару стоялъ Изюмскій гусарскій полкъ, въ красныхъ ментикахъ. По улицамъ валялись трупы лошадей, а около нихъ теснились стаи собакъ, рвавшихъ изъ нихъ внутренности — изъ иной лошади слышался только лай на подлетавшихъ къ трупу воронъ.

Вскорѣ встала славная зима со снѣгомъ и морозами, и къ общему невыразимому восторгу пронесся слухъ, что открылся рынокъ. Дядя тотчасъ былъ отправленъ, вмѣстѣ со мною, за покупками. Мы накупили ситниковъ и колбасы, и на дорогѣ домой совершенно насытились за все долготерпѣнье. Только, гдѣ открытъ былъ этотъ первый рынокъ, не помню — помню, что на площади стояли воза съ разными съѣстными припасами, а между прочимъ и съ обувью, сапогами и чулками. Послѣ этого жизнь наша потекла очень однообразно... Въ мартѣ 1813 г. мы уѣхали въ Орловскую губернію.


Изображения в более высоком разрешении можно выбрать в разделе Рефераты. Там же и ссылки на источники заимствования.

грабежипассионарное напряжениефаза обструкциипередел собственностиборьба за ресурсыдемократия и СМИ

Источник: [19.140]






Пользовательское соглашениеО сайтеПосодействоватьОбратная связь

ПОБЕДИТЕЛЬ ИНТЕРНЕТ-КОНКУРСА «ЗОЛОТОЙ САЙТ»
Победитель XIII Всероссийского интернет-конкурса «Золотой сайт» в номинации «Познавательные сайты и блоги»Победитель интернет-конкурса «Золотой сайт»

© Lifeofpeople.info 2010–2017

0,105