▲ Наверх


Встарь, или Как жили люди


Гравюра
Искать: статьи комментарии автора источники

Встарь → Разделы и темы → Дела лихие и греховные. Противодействие правом → Воровство, коррупция → Иные этнические системы (XIX век)

17. Дела лихие и греховные. Противодействие правом

17.3. Воровство, коррупция. Иные этнические системы (XIX век)

Бичурин, Добель, Васильев, Осокин, Дукагъин

Статья № 1
Н. Я. Бичурин, †1853

Никита Яковлевич Бичурин (о. Иакинф), 1777-1853,  www.myjulia.ru
Никита Яковлевич Бичурин (о. Иакинф), 1777-1853, www.myjulia.ru

Китай. Преступления по взяткам

Преступоения разделяются на три виды, как то:

  1. взятки с нарушением законов,
  2. взятки без нарушения законов,
  3. косвенные взятки. Сюда принадлежат: кража или похищение.

Взятки с нарушением законов наказываются по мере их ценности, как то:
за 1 лан серебра и ниже — 70 ударов планкою, от 1 до 5 лан — 80 ударов планкою, за 10 лан — 90 ударов планкою... за 80 лан — удавление по заточении...

Чиновникам и приказным служителям, похитившим деньги из казначейства и хлеб из магазина, находившихся в их ведении, положено за похищение:
до 1 лана серебра — 80 ударов планкою, до 2 ½, лана серебра — 90 ударов планкою... до 40 лан серебра — отсечение головы...

Воровство

Вместо сего (грабежей, и которых практически нет в Китае) по городам и многолюдным торжкам воровство и уличное мошенничество

В Пекине правительство терпит мошенников. В каждом почти квартале есть товарищество их под ведением старосты. Мошенники занимаются своим ремеслом в черте того квартала, к которому товарищество их принадлежит. Потерявший вещь на улице, мошенниками похищенную, может войти в квартальный суд и объявить о своей потере. Офицер немедленно посылает солдата к старосте, и похищенную вещь, ежели она здесь, немедленно возвращают. В противном случае офицер с учтивостью скажет, что пропажа вещи последовала за чертою квартала их.

Ежели в продолжение трех суток не явится хозяин похищенной мошенниками вещи, то староста имеет право продать ее в пользу товарищества обыкновенны; а обманы и подлоги столь многоразличны, что в Китае есть общая пословица: нет вещи без подлога. Кто может представить себе необыкновенную населённость Китая и происходящий от того недостаток в средствах к пропитанию, тому нимало не покажется удивительною наклонность бедных подгородных жителей к воровству, мошенничеству и обманам всякого рода...

Коррупция

Наконец, переходим к последнему и главному пороку, которым и европейцы и азиатцы не несправедливо упрекают китайцев. Этот порок есть корыстолюбие — зло, господствующее в пределах всей империи.

Но должно определить виды сего порока, дабы чистое желание выгод не смешать с подлою страстью к корысти. Действительно, если взять корыстолюбие в обширном, дурном его значении в отношении к законам, то надобно относить сей порок более к чиновникам, а разночинцы служат только орудием действий их, основанных на корыстолюбии. В древней истории Китая и следов сего зла не видно; а оно восприняло свое начало в одно почти время с монархическим правлением.

В продолжение столетней войны с монголами, в предпоследнем веке перед Р. X., Китай дошёл до такого истощения, что правительство принуждённым нашлось дозволять чиновникам содержать себя разными сборами с подчинённых своих. В этот промежуток государственного истощения мало-помалу образовались в управлении разные злоупотребления, которые потом приняли законный вид и таким образом укоренились столь глубоко, что впоследствии и лучшим жалованьем невозможно было исторгнуть корня их. С продолжением времени сия часть доведена до такой определительности, что ныне находятся точные расписания, сколько каждая должность в губерниях приносит положительного дохода в год; и по сему расписанию определены неминуемые издержки при определении к должности, получаемой, впрочем, законным образом.

В Пекине находятся страховые конторы, которые снабжают новоопределённых чиновников деньгами с обязательством уплатить долг перед вступлением в должность на месте. Чиновники по прибытии к месту скоро вознаграждают столичные издержки по должности, не прибегая к притеснительным мерам.

Купечество, торгующее в городах, ничего не платит ни за право торговли, ни за содержание города; и по этой причине добровольно принимает на себя путевые издержки новоприбывших чиновников, определяет им содержание под предлогом закупки вещей по узаконенным ценам и делает им при случае подарки. Если присовокупим к этому разные побочные доходы, приобретаемые взятками, злоупотреблениями и акцизами, то не покажется удивительным, что уездный правитель при выгодном месте получает от 50 тыс. до 200 тыс. рублей серебром в год. Но уездные правители обязаны делать подарки своим начальникам, от областного правительства до начальника губернии, и количество этих подарков, состоящих наиболее в серебре и золоте, издавна определено соразмерно с доходами места. Таким же образом и начальники губерний обязаны отправлять подарки в Пекин, только более вещами, а не серебром и золотом.

Надобно сказать еще, что от корыстолюбия чиновников не столько народ страдает, сколько правительство терпит. Народ обложен столь лёгкими податями, что государственное казначейство не получает даже десятой доли того, что могло бы получать при умеренных налогах. Все это аристократы обращают к себе разными незаконными средствами, и правительство не может придумать меры к прекращению злоупотреблений даже самых явных.

Например, таможенный сбор пошлин, оброки с рыбных ловлей законом ограничены ежегодным взносом из определённой суммы, почти ничтожной. Что касается до разных казенных работ, чиновники при производстве их по Жёлтой реке берут себе 6/10, а от построек 7/10; правительству осталось одно средство к вознаграждению своих потерь — ограничить штат чиновников и содержание присутственных мест, что и сделано.

Начальствующим чиновникам положено умеренное жалованье и значительный столовый оклад; прочим чиновникам назначено жалованье самое ничтожное, а на содержание канцелярий ничего не определено. Вследствие такого распоряжения злоупотребления еще более умножились, ибо низшие чиновники приискали свои источники доходов; писаря и сторожа хотя получают небольшое содержание из акцизных доходов городских, при всем том недостаток дополняют взятками от приходящих в суд по делам каким-либо.

Источник: [19.19]

Статья № 2
Питер Добель, 1818

Китай

В Китае можно все получить подкупами и интригами: ибо китаец не знает тех мучений совести, которые в других землях останавливают беззаконные замыслы честолюбца... Можно подумать, что само правительство старается дать способы таможенным чиновникам богатеть взятками, установляя высокие пошлины на привозные или на отпускные товары, а многие и совсем запрещая ввозить или вывозить. Нельзя статься, чтоб оно не знало, что такого рода тариф непременно открывает путь контрабанде: это всякому очевидно, кто только захочет принять на себя труд вникнуть в сие дело. Как скоро на какой-либо товар наложена слишком высокая пошлина, так что нет выгоды привозить ею прямым и законным путём.

Источник: [19.20]

Статья № 3
В. П. Васильев, 1848–1849

Китай

Августа 8-го 1848 г. Хубу, министерство финансов, докладывает отзыв свой на счёт представления главноуправляющего водяными сообщениями в Цзянь-нань, Пань-си-эня, который просил отправить к нему прибавочную сумму для починок на реке.

Этот господин говорит, что сумма, отпускаемая ежегодно, всегда одна и та же: 2 700 000 лан (около 5 500 000 р. с., если фунт серебра класть в 25 р.), и сверх того по различным частям ещё набирается в год до 700 000 или 800 000, то есть всего в распоряжении управляющего находится около 3 400 000 или 3 500 000 лан.

Но из них с каждой сотни лан с 1843 г., по случаю английской контрибуции, вычитается по 6 лан (прежде вычиталось только 2 л. 3 ч.); между тем работы бывают непостоянны, завися от большего или меньшего разлива вод, так что в 1847 году, по случаю сильного наводнения, потребовалось просить сверх остатков от прежних сумм ещё прибавки в 500 000 лан. Из этого он заключает, что ассигнуемых сумм едва только станет в обрез; а потому в предупреждение могущей случиться надобности, чтобы от переписки не было остановки делу, он просит прислать вперёд ещё 500 000 лан.

Министерство финансов довольно колко замечает на выражение китайского генерал-инженера: в обрез, — что нынче, с каждым годом, серебро дорожает, то есть лана серебра меняется на большее количество медной монеты; а так как расплата у него производится больше чохами, то следовательно и денег у него больше прежнего, хотя сумма одна и та же. Сверх того министерство замечает, что Пань-си-энь с 1843 года постоянно просит каждый год прибавки. Но, говорит оно, чтобы не дать, — если бы в самом деле что случилось, — этому господину повода к отговорке, нечего делать, надобно переслать ему эту сумму, — и далее следует расчёт, откуда сколько послать. Пань-си-энь, вероятно вследствие этих намёков, вышел в отставку под предлогом болезни.

Сегодня (30.08.1848 — Прим. ред.) помещён доклад одного цензора (юй-ши), который говорит, что в Хэнане с 1845 г. употребили до одного миллиона лан (2 милл. рублей сер.) на починку канала Цзялу, а после оказалось, что почва земли совершенно неудобна для проведения канала. Цензор обвиняет местное начальство, которое должно бы было или сначала разведать, будет ли иметь успех предприятие, или, если оно не удалось по неуменью и мошенничеству управителей работ, донести на них.

Между тем, говорит цензор, дело это так и оставлено. Император наказал кого следовало, а цензора наградил. Потом через несколько дней, по представлению палаты чинов, как за это дело, так и за недостаточный присмотр при раздаче вспоможения, в прошлом году, по случаю голода в Хэнани, император отрешил от должности как губернатора (О-шунь-аня, который, как говорят, брат покойной императрицы Цюань), так и председателя.

Продажа чинов

Мол, хочу быть академиком, или купцом Первой гильдии, или «настоящим полковником», и готов платить. Но не хочу быть директором института АН, директором производства...

Правительство, сверх обыкновенных налогов, допускает один экстренный, именно продажу чинов, под благовидным именем пожертвований.

Открывается ли война, случается ли голод, или потребовались чрезмерные речные работы, во всех этих случаях, чтоб поддержать запасные суммы, открывается продажа чинов, издаются постановления, за сколько и кто может получить какой чин; есть различие в плате, смотря по тому, хотят ли получить только чин или и самую должность и притом немедленно или по очереди; есть различие в плате, смотря по лицу, покупающему место: чиновник, ученый, который со временем и без того мог бы получить эту должность или этот чин, платит меньше простолюдина, и притом обращается внимание на место его службы (продажа чинов производится до звания дао — род прокурора над двумя или тремя департаментами).

Укажем на Ю-чжун-ци, одного из знаменитейших генералов прошлого столетия: он тоже начал с того, что купил себе военный чин. Этот пример показывает, что право способностей от покупки чинов нисколько не страдает...

Чин дается богатству, но дальнейшая карьера зависит от способностей. К чести китайских чиновников надобно заметить, что они, принадлежа по большинству к ученым, косо смотрят на добившихся равного с ними звания посредством денег, и ничто не мешает губернатору провинции войти с представлением, что такой-то купивший чин неспособен к должности. Если же рассуждать, что чиновник, награбивший деньги на низшей должности, покупает теперь высшую, именно в том предположении, что на ней будет получать еще больше доходов, то что вреда от этого китайскому государству? Ведь не тот, так другой все равно получал бы столько же. И пусть уж лучше дурная слава падет на торгаша, чем на истинного ученого.
Но по большей части люди не из числа ученых покупают только чины, а не должности, именно богатые купцы и прочие зажиточные люди. Здесь играет роль тщеславие...

Таможня не даёт «Добро!»

Видимо, таможня не поделилась с кем надо, и её начали из Центра прессинговать.

Мы получили известие, что в нынешнем году торговля в Кяхте будет чрезвычайно плоха; из 180 000 ящиков, которые были готовы в Калгане к отправке, только 30 000 могли выйти из заставы, потому что только на это количество купцы могли предъявить билеты для пропуска. Касательно торговли с нами, как и вообще для выезда в Монголию, существовало положение, чтоб купцы являлись в трибунал, объявляли свой товар и место, в котором они намерены торговать, и получали для этого билет из хубу (минист. финансов).

Но обыкновенно делалось так, что купцы, почитая пошлины, а более издержки, которые вероятно превышали пошлины, обременительными, объявляли только часть своего товара; а некоторые совсем освобождали себя от хлопот брать билеты, платя таможенным по 2 ч. серебра или 700 чохов с каждого ящика. Последнее обстоятельство может дать понятие о доходах директоров таможен. Только пошлина за 30 000 ящиков поступала в казну, а 150 000 ей были неизвестны; все это переходило в чужие руки!

Говорят, что особенно уклонялись от получения свидетельства мелкие торгаши, вывозившие лишь по нескольку сот ящиков (на один билет позволяется вывозить не менее 300 ящиков) и притом такого рода чаю, который не принадлежит к так называемым у нас фамильным чаям, то есть выпускаемым под известными фирмами из известных чайных оптовых контор, которые ручаются, что в чае нет никакого подлога и примеси...

Теперь в Калгане купцы уже надбавили цену на наши (Русские — Прим. ред.) товары; а между тем представьте, что больше 30 000 верблюдов, пригнанных монголами из разных мест к Великой Стене, для перевозки чаю, должны или воротиться назад ни с чем, или дожидаться четыре и пять месяцев, пока купцы не достанут билетов.

Источник: [19.25]

Статья № 4
Г. М. Осокин, 1895

Маймачен, Китай

Место дзаргучея (Мэра-судьи города — Прим. ред.) оплачивается сбором с местных китайских лавок. Размер вознаграждения определяется обыкновенно каждым дзаргучеем по вступлении своем на должность, и, смотря по тому, как дорого он купил это свое назначение, соразмерно назначается и налог. Насколько он велик, можно судить по тому, что редкий дзаргучей не увозит по окончании своего трёхлетнего служения нескольких десятков тысяч рублей, считая на русские деньги.

Содержание его свиты и канцелярии частью также ложится на местных жителей и в меньшей доле оплачивается китайским правительством.

Неудивительно, что дзаргучей живёт совершенно особняком. Все общение его с китайцами ограничивается редкими официальными или деловыми визитами.

Поборы дзаргучеев, несмотря на упадок торговли и благо состояние жителей, остаются в прежнем размере, далеко не соответствующем настоящему положению, что, конечно, ложится тяжелым бременем не только на отдельных лиц свободных профессий, но и на купечество.

Источник: [19.33]
Комментарии

Статья № 5
Законник Лека Дукагъини (Канун)

Албания

Тот, кто украл скот, по Кануну данной местности оплачивает вдвое, как каждому.
Тот, кто украл в доме священника, должен возвращать два за один и уплачивает церкви 100 грошей за бесчестие и 100 баранов и 1 быка байраку...

Тому, кто обворовывает дом или кошелёк друга-гостя, Канун назначает в качестве штрафа позор и отрешает его от схода и суда...

За убитого или украденного поющего петуха давно уже установлен штраф 500 грошей хозяину, потому что «поющий петух является часами бедного».

Источник: [19.58]






Пользовательское соглашениеО сайтеПосодействоватьОбратная связь

ПОБЕДИТЕЛЬ ИНТЕРНЕТ-КОНКУРСА «ЗОЛОТОЙ САЙТ»
Победитель XIII Всероссийского интернет-конкурса «Золотой сайт» в номинации «Познавательные сайты и блоги»Победитель интернет-конкурса «Золотой сайт»

© Lifeofpeople.info 2010–2017

0,096