Встарь, или Как жили люди


Гравюра
Искать: статьи комментарии автора источники

Встарь > Разделы и темы > Дела лихие и греховные. Противодействие правом > Убить человека > Славяне и российские этносы (XVI век)

17. Дела лихие и греховные. Противодействие правом

Убить человека. Славяне и российские этносы (XVI век)

Флетчер, Мадариага, Статуты ВКЛ, Рюссов, Масса, Акты, Ясинский

Статья № 1
Джильс Флетчер, 1598–1599

Жизнь человека считается ни по чём. Часто грабят в самих городах на улицах, когда кто запоздает вечером, но на крик ни один человек не выйдет из дому подать помощь, хотя бы и слышал вопли. Я не хочу говорить о страшных убийствах и других жестокостях, какие у них случаются. Едва ли кто поверит, чтобы подобные злодейства могли происходить между людьми, особенно такими, которые называют себя христианами.

Источник: [16.4]

Статья № 2
Исабель де Мадариага

О версии убийства Анастасии — жены Ивана IV:

«Недавно проведенный подсчет наличия в её костях мышьяка и ртути, то есть тех ядов, которые предположительно могли быть использованы, показал присутствие на 100 г костей 0,8 мг мышьяка и 0,13 мг ртути. Это сопоставимо с концентрацией мышьяка в костях великой княгини Елены Глинской, матери Ивана IV (умерла в 1538 году), и царя Фёдора Иоанновича (умер в 1598 году).

Но даже если допустить, что Анастасия была отравлена, что не подтверждается вышеприведенными данными, то кто был заинтересован в убийстве этой совершенно безобидной молодой женщины? Уж во всяком случае не Адашев, к тому времени сосланный в Феллин, и не Сильвестр. И разумеется, не князь Курбский.

Общий вывод, который напрашивается из всех этих рассуждений, заключается в том, что Анастасия не была отравлена, а позднейшее убеждение в этом Ивана следует отнести на счёт мании преследования, постепенно развивавшейся в нём и затуманивавшей его рассудок».

Источник: [21.14]

Статья № 3
Статуты ВКЛ Сигизмунда I, 1529

Также постановляем: если бы кто-нибудь убил человека путного или бортника, головщина за человека путного двенадцать рублей грошей, а за бортника восемь рублей грошей.

Источник: [16.14]

Статья № 4
Бальтазар Рюссов, †1600

В 1570 г. зимою великий князь московский (Иван IV — Прим. ред.) в собственной земле, особенно в Новгороде и Пскове, учинил такое ужасное тиранство, какое не встречается ни в одной истории.

После того как несколько лет тому, назад он велел умертвить много народу из князей, воевод, дворян, подъячих, писарей, граждан и крестьян вместе с женами и детьми, а также брата своего отца, князя Владимира Андреевича с женой и детьми и всеми его людьми, а также брата своей жены князя Михаила Темруковича, а также сжёг много сел и деревень, людей же убивал и грабил, спускал воду из прудов, так что вся рыба засыпала, а также уничтожал скот и хлеб, так что никто не мог пользоваться им, а за год перед тем, в 69 году убил в Твери несколько тысяч людей, между которыми было также много пленных немцев и поляков, и побросал их в воду; после всего этого он двинулся на маслянице вышеупомянутого 70 года в Новгород с несколькими тысячами своих телохранителей, избранных им для своих кровожадных и тиранских намерений, и которых называли апрыстна (Опричниками — Прим. ред.).

Неожиданным образом напавши на масляницу на Новгород, они причинили большую печаль, убивая и грабя, причем не был пощажён ни один дом. Опричники также обезчестили много знатных красивых женщин и девушек, они были до того дерзки и бессовестны, что многия женщины лишили себя из-за этого жизни.

Затем он взял в плен несколько тысяч человек, связывал мужьям и женам руки вместе, а маленьких детей привязывал к груди матерям, и затем целыми кучами бросал в воду, так что большая река Волга (Ошибка: Волхов — Прим. ред.), имевшая в глубину около восьми сажен, до дна совершенно наполнилась трупами, так что их кольями проталкивали под лед, чтобы они могли уплыть дальше.

Затем несколько сот женщин и девушек раздели да нага, и привели на мост, а когда вышел великий князь и проезжал мимо, то для его потехи этих женщин толкали в воду. Затем несколько сот знатнейших граждан и начальников города Новгорода повесили за руки и подожгли одетую на них одежду, и безчеловечно жгли их живых.

Кроме того очень многих людей привязывали сзади к саням за руки и за ноги и мчались с ними по всему городу; когда же приходилось заворачивать на углах, то при быстрой гонке то одному, то другому отрывало то руку, то ногу. Невозможно вкратце описать подобные неслыханные тиранства, учиненные московитом над собственными подданными в Новгороде и Пскове...

Летом после того, в том же году, великий князь безчеловечно велел умертвить 109 человек в Москве, из них некоторые были сварены в кипящей воде; некоторых обезглавили и разрубили на несколько частей; некоторых великий князь заколол собственноручно, между последними был также знатнейший канцлер великого князя, Иван Михайлович Висковатый, отличнейший человек, подобного которому не было в то время в Москве; его уму и искуству, как московита ни чему не учившегося очень удивлялись все иностранные послы... Причина же, почему это случилось, была та, что великий князь подозревал своих людей в том, что они хотят передаться королю польскому, но это была неверная клевета.

Источник: [16.22]

Статья № 5
Исаак Масса, †1635

Версия смерти Ивана IV

... говорят, один из вельмож, Богдан Бельский, бывший у него в милости, подал ему прописанное доктором Иоганом Эйлофом (Johan Eyloff) питье, бросив в него яд в то время, когда подносил царю, отчего он в скорости умер; так ли это было, известно одному богу, верно только то, что вскоре царь умер. Это случилось 4 марта 1584 года, по старому стилю.

Источник: [20.26]
Комментарии

Статья № 6
Акты юридические, или Собрание форм старинного делопроизводства, 1568

45. — 1568. Явка Вологжанина Дмитрия Коваля, о порезании ножем сына, его Треньки крестьянином Иваном Маминым

Лета 7076, бьет челом и явку являет земским судьям, Онцифору Григорьеву сыну Естратова с товарищи, Вологжанин Митка Васильев сын Коваль, из Кобылкина монастыря от Дмитрея Святаго, на Иванова человека Ондреевича Буторлина на Ивана Мамина. Деялось, государи, по Велице дни на святой недели во вторник, в том, что тот, государи, у меня Иван Мамин поколол сынишка моего Тренку, на площади, у судебни; а вины, государи, сынишко мой над собою не ведает никоторые, про что его поколол; а ныне, государи, сынишко мой лежит в конце живота; а в долгу в его и в душегубье чтобы я в конец не загибл, и вам бы та, государи, моя явка была введоме.

мольба о справедливостипоножовщина в деревнях

Источник: [19.205]

Статья № 7
А. Н. Ясинский

Уморить отца царя Ивана, Овчину Телепнёва — фаворита Елены Гнинской

В 1538 году, 3 апреля, во втором часу дня, скончалась правительница Елена, и правление перешло в руки бояр, a 9 апреля Василий Шуйский и его брат князь Иван с своими единомышленниками, схвативши конюшаго боярина князя Ивана Федоровича Овчину-Телепнева-Оболенскаго, человека самаго приближеннаго покойной правительницы, и сестру его Аграфену, мамку великаго князя, посадшш их обоих «в палате за дворцом у конюшни», где князя Ивана уморили голодом и оковами, а сестру его послали в Каргополь и там ее постригли. В том же месяце были освобождены из заточения князь Иван Феодорович Бельский и князь Андрей Михайлович Шуйский.

Новгородский погром и Синодик убиенных

В Послужном списке отмечаются по годам пожалованные в бояре и окольничие, так что возможно, на основании этого акта, возстановить состав боярской думы за любой год; здесь же отмечается, кто и когда умер, кто бежал в Литву, и кто выбыл. Пожалованные в бояре или окольничие оставались в составе боярской думы до своей смерти, и год последней отмечался в Послужном списке. Помета о некоторых членах этого высшаго московскаго государственнаго учреждения, что они выбыли, а не умерли, имела, разумеется, особенное значение.

Просматривая Послужной список за время царствования Иоанна III, мы видим, что выбывшими отмечены следующия лица: Дмитрий Исаакович Борецкий — под 1472 годом и Семен Иванович Ряполовский — под 1499. Принимая во внимание, что в Русе 20 июля 1472 года была отсечена голова взятаго в плен Дмитрия Исааковича Борецкаго, сына известной Марфы—посадницы, a 5 февр. 1499 года отрубили голову князю Семену Ряполовскому на реке Москве, ниже моста, приходим к заключению, что выбывшими отмечались все казненные.

Этот вывод подтвердится во всей своей полноте, если припомним, что казненные и погибшие насильственною смертию до 1548 года (Иван Бельский, Иван Овчина-Телепнев-Оболенский, Иван Кубенский, Феодор Степанович Воронцов и Василий Михайлович Воронцов) отмечены в Послужном списке также выбывшими.

Если, с одной стороны, не может подлежать сомнению, что все лица, отмеченныя в Послужном списке выбывшими за время от 1564 до 1577 года, погибли насильственною смертью, подвергнувшись царской опале, то, с другой стороны, мы не имеем основания утверждать, что только эти 29 человек были казнены во вторую половину царствования Иоанна, так как казненные не всегда обозначались выбывшими: так, напр., князь Андрей Шуйский, отданный царем псарям на растерзание, отмечен не выбывшим, a умершим.

Следовательно, основываясь на том, что какой-либо боярин или окольничий отмечен умершим, нельзя видеть в этом доказательства, что он умер естественною смертью, и опровергать с Послужным списком в руках другие наши источники тем более, что иногда даже годы смерти обозначаются неправильно: так, напр., боярин Михаил Васильевич Тучков, согласно с Послужным списком, умер в 1535 году, а летопись разсказывает, как мы видели, что в 1538 году он был ревностным союзником Ивана Бельскаго; Иван большой Шереметев умер, по свидетельству Послужного списка, в 1570 году, а между тем царь в послании, писанном около 1578 года в Кирилло-Белозерский монастырь к игумену Козьме, приказывает не докучать о Шереметеве: «а впередь бы есте о Шереметеве, пишет он, нам не докучали: нам в том ответу никако не давати».

Заручившись этими выводами, перейдем к разсмотрению синодика, внимательное изучение котораго укажет истинное значение Послужного списка.

Сенатор К. М. Бороздин, осматривая в 1809 году ветхия книги и бумаги Кирилло-Белозерскаго монастыря, отыскал две рукописи в 16-ю долю листа, писанныя уставом с киноварными заглавиями, с замасленными краями, закапанныя воском; рукописи эти, оказавшияся синодиками, он передал в распоряжение Устрялова, издавшаго их без малейших изменений с примечаниями в своей книге: «Сказания князя Курбскаго».

Одна из рукописей была озаглавлена: «Лета седм тысящь девятьдесять перваго Царь и Государь и великий Князь Иван Васильевич Всеарусии прислал в Кирилов монастырь сие поминание и велел поминати на литиях и на литоргиях и на понахидах по вся дни в церкви Божии», а другая рукопись начиналась так: «помяни Господи душа усопших раб своих и рабынь, прежде почивших от Адама и до сего дни»... и в Кирилловском, и в Прилуцком синодиках число казненных в известное время Новгородцев показано одно: 1 505 человек.

По свидетельству Таубе и Крузе, перебито было в Новгороде более 27 тысяч народу (12 тысяч человек более знатных и зажиточных, а более 15 тысяч ремесленников и простонародья); новгородская третья летопись говорит, что убийства продолжались более 5 недель, и всякий день топили тысячу или полторы тысячи человек, так что счастливым днем считался тот день, когда погибало 500–600 человек; по свидетельству же псковской первой летописи, число погибших в Новгороде простиралось до 60 тысяч.

Основываясь на показаниях этих источников, можно прийти к выводу, что в новгородский знаменитый погром погибло около 40 тысяч человек. Между тем, в кирилловском синодике, которому отказывать в доверии мы не имеем никаких оснований, означено 1505 новгородцев...

Оказывается, что отмеченное в синодике число убитых в Новгороде относится только к деяниям передового отряда, предводимаго Малютою Скуратовым, а вовсе не обозначает собою числа всех побитых в известный новгородский разгром. После этого объяснения нельзя, кажется, будет с синодиком в руках опровергать свидетельства наших летописей и с призрачным безпристрастием заявлять: «лучше десяти странным уведомлениям не поверить, нежели один поклеп счесть истиною».

Как известно, передовой отряд опричников оцепил город 2 января 1570 года; свезли с окрестностей 500 духовных лиц, поставили их на правеж, требуя с каждаго по 20 руб. новгородских; кроме того, похватали всех богатых и именитых людей, опечатав предварительно их имущество; 6 же января подошел сам царь и велел на следующий день побить палицами стоявших на правеже (букв. на взыскании. — Прим. ред.). Вот объяснение, что значат слова синодика: «по Малютинския посылки отделано»...

Ко времени новгородскаго разгрома Курбский относит мученическую смерть Корнилия, игумена Псково-Печерскаго монастыря, и его ученика Вассиана Муромцева, которые, по его словам, были раздавлены каким-то «орудием мучительским», а также грабеж и кровопролития в Ивангороде, Пскове и в других городах той страны. Действительно, имена Корнилия и Вассиана Муромцева встречаются в синодике...

уморить царяфаворит Глинскойистория Ивана IVКурбский и Иван IVистория Россиизверства Ивана IVправда о зверствах царя Иванасинодик убиенных

Источник: [19.216]
Комментарии

Пользовательское соглашениеО сайтеОбратная связь Канал в Яндекс.Дзен >> Страница ВКонтакте >>

ПОБЕДИТЕЛЬ ИНТЕРНЕТ-КОНКУРСА «ЗОЛОТОЙ САЙТ»
Победитель XIII Всероссийского интернет-конкурса «Золотой сайт» в номинации «Познавательные сайты и блоги»Победитель интернет-конкурса «Золотой сайт»

© Lifeofpeople.info 2010 - 2019

▲ Наверх

0,108